Год нападения на эльфийские леса

    Сурт бежал, лишь изредка останавливаясь на считанные минуты, чтобы перевести дух. Он не знал, сколько времени прошло с того момента, как он покинул Лоэсский лес. Был уверен лишь в том, что должен покинуть Южную Антарию как можно быстрее. Эльф убеждал себя, что бегство вполне оправдано и никак не повлияет на участь собратьев. Решение убежать возникло, когда верховный совет приказал готовиться к битве, возможно, последней в жизни. Решение о побеге в Северную Антарию укрепило то, что он увидел в Руанском лесу: сотни растерзанных мёртвых эльфов. Они лежали на холодной земле. Мёртвые глаза отражали те ужас и беспомощность, которую им пришлось ощутить перед смертью. Сурт не заметил ни одного клинка, лука или посоха, будто эльфы сражались безоружными. Против тысячи мёртвых эльфов лишь пара сотен индулов погибли в этой схватке. Хутреи были сожжены. Над лесом до сих пор клубился дым. Сурт не знал, что произошло, но понимал, что не хочет разделить участь павших собратьев.
    Как бы ни была сильна армия, убивающая эльфов, пройти по крутым склонам гор ей не под силу. Единственная широкая тропа в северную часть находится под контролем неприступной крепости людей. Сурта нисколько не смущало, что два года назад Северная Антария отделилась от Южной, и с тех пор лишь единицы смогли пройти границу гор. Его даже не смущало, что среди этих единиц не было ни одного эльфа. Сурт решил не пытать счастья, отложив мысль о проходе через крепость. Его путь пролегал через горы.
    Сурт не боялся тех ужасов, что сулили торговцы, пришедшие с севера. Он взял с собой несколько комплектов одежды на случай, если будет слишком холодно. С дикими зверями, населяющими север, он справится. Рука Сурта легла на рукоять клинка. В конце концов, что бы ни произошло, а верный заточенный друг никогда не предаст.
    Пробегая по мосту, перекинутому через реку, недалеко от Херосского леса, Сурт решил, что не будет останавливаться и рассказывать о нападении на леса. Хотя ещё полчаса назад он хотел предупредить эльфов и, возможно, найти себе напарника в путешествии. Теперь же, когда Херосский лес перед ним, он понимал, что нельзя терять и минуты времени на разъяснения. Если замешкается, побег из родного леса потеряет всякий смысл. Нужно пересечь горы, пока армия не рассредоточилась по Антарии в поисках выживших. Он понимал, что лишь единицы эльфов согласятся бежать с ним, а выискивать эти единицы не было ни желания, ни времени.
    Эльф, на которого наткнулся Сурт на окраине Херосского леса, заставил изменить его решение в очередной раз.
    – Куда торопимся? – остановил он Сурта. – Я вижу, ты не из нашего леса.
    Сурт возмутился было наглости эльфа, но вовремя успокоился. На вид наглецу лет сорок, почти ровесник Сурта. Задрав нос, он смотрел свысока на беглеца. За поясом висели два клинка, слегка изогнутые на концах.
    – Ты что, знаешь всех эльфов Херосского леса? – не упустил возможности съязвить Сурт.
    – Конечно, – скрестил руки на груди эльф, – я известен в этом лесу как победитель. В спарринге я одолел всех хоть сколько-то способных эльфов. Тебя я вижу в первый раз, иначе уже вызвал бы на дуэль. Мне кажется, ты сможешь держать в руках клинок. Сразимся?
    Сурт решил, что стоит попробовать рассказать эльфу о нападениях и предложить бежать с ним. В конце концов, иметь на севере союзника, умеющего владеть клинками, означало продлить жизнь среди гор.
    – Извини, но мне сейчас не до глупых спаррингов, - отмахнулся беглец, пытаясь привлечь внимание эльфа-задиры (как окрестил его Сурт) к своей персоне.
    – Глупых спаррингов? – разозлился эльф. Похоже, небрежно брошенная фраза возымела совсем не тот эффект, который ожидал Сурт. – Да знаешь ли ты, что в спарринге я победил даже верховного эльфа Херосского леса.
    Сурт в этом сильно сомневался. Если бы задира одолел в спарринге верховного эльфа, у него появилась бы возможность выставить права на место в совете леса. Но никаких опознавательных знаков у него не было. Спорить с эльфом он не хотел – время было слишком дорого.
    – Понимаешь, сейчас не до спаррингов, даже с тобой, - он вложил в эту фразу максимум значимости.
    Выражение лица эльфа-задиры изменилось, теперь он смотрел на Сурта с уважением и толикой любопытства. Сурт догадывался, что он один из немногих, кто поверил в мастерство фехтования на слово.
    – Что же такого важного произошло, что эльф покинул лес и держит путь к горам? – скрывая любопытство, спросил эльф.
    Сурт проследил за взглядом задиры, который смотрел на горы. Неприступные исполины исполняли роль границы между разъединённым королевством. Вершины самых высоких из них тонули в облаках. Сейчас, посмотрев воочию на препятствие, возведённое на пути самой природой, он не был так уверен, что без труда доберётся до Сайлорского леса. Не изменить планам помогла мысль, что скоро здесь будет опаснее, чем там.
    – Армия индулов нападает на эльфийские леса. Руанский лес пал, Лоэсский лес, наверняка, тоже. Думаю, следующий – ваш.
    – Не существует на свете такой армии, которая смогла бы убить всех эльфов Херосского леса. Тем более если воины в этой армии – индулы, – пренебрежительным тоном сказал задира. – У нас живут самые опытные снайперы, следопыты и друиды.
    – Думаю, эльфы Руанского леса думали точно также и поплатились за это. Потери эльфов значительно превосходят потери индулов. Я был на поле битвы и видел этот кошмар.
    Сурт начал подумывать о том, что зря решил рассказать о нападениях эльфу. Слишком недоверчивым взглядом одарил тот Сурта, да и его тон оставлял желать лучшего.
    Солнце заходило, слегка выглядывая напоследок из-за гор. Сурту нужно было торопиться.
    – Даже если так, два леса ослабят армию индулов. К нам они придут малочисленными. Здесь закончится победный путь шакалов, – уверенно заявил эльф.
    – Что ж, как знаешь, – развёл руками Сурт, – в таком случае наши дороги расходятся. Главное, припомни мои слова, когда будешь умирать, – сказал Сурт.
    Серьёзный тон Сурта, без капли иронии или усмешки, заставил задуматься эльфа и усомниться в своей правоте.
    На самом деле Сурт вовсе не хотел запугивать. Он даже мог предположить, что Херосский лес остановит индулов. Но сейчас у него было одно желание – укрыться на севере от опасности. А встретившийся задира вполне мог стать полезным союзником в опасном путешествии.
    – Ладно, мне пора. Возможно, армия покончила с Лоэсским лесом и выдвигается сюда. Нельзя терять времени, удачи.
    Сурт хотел продолжить путь к горам, но его остановил звук ментального сигнала. Он обернулся на эльфа-задиру, того тоже насторожил сигнал тревоги, проникший в разум. Сурт догадывался, что предвещал этот сигнал, но по его расчётам вещий сон верховная провидица должна увидеть гораздо позже, а весть из других лесов не могла дойти до Херосского. Во всяком случае, именно так было с их лесом. В то время как армия, учитывая дальний путь и многочисленность, должна добраться сюда не раньше, чем через сутки. Он решил не выдавать своего замешательства задире:
    – Думаю, ты знаешь, зачем подан этот сигнал. Что ж, вперёд, – улыбнулся Сурт, – думаю, скоро ты либо разочаруешься в эльфах этого леса, либо будешь присутствовать при уничтожении армии, убравшей с лица Антарии два эльфийских поселения.
    Сурт поспешил к горам, события развивались не так, как он предполагал, а значит, непобедимая армия могла появиться в любой момент. Он сошёл с тропы, направившись к одной из меньших гор хребта, в надежде наткнуться на перевал. Сурт не прошёл и половину пути от леса до гор, как услышал за спиной лёгкий, едва различимый шум шагов. Обернувшись, он увидел эльфа-задиру:
    – Ты не думай, – сказал он, поравнявшись с Суртом, – я уверен в мощи своего леса. Просто решил сходить с тобой на север. Говорят, в Сайлорсокм лесу, живут самые искусные воины. Хочется сойтись с ними в спарринге, - не без хвастовства заявил задира.
    – Конечно, – скрывая усмешку, сказал Сурт, – я понимаю.
    – Я даже на сбор возле хутрея Верховной семьи не пошёл. Взял всё необходимое и за тобой. Подумаешь, даже если нападут на нас индулы. Отобьемся. Что дальше? Снова скучная жизнь и пара дружеских сражений за неделю. Это не по мне.
    Сурт чувствовал, что эльф скрывает за своими словами страх. Его можно понять, несколько минут назад он сделал тот же выбор, что и Сурт: выбрал из двух зол лучшее.
    – Надеюсь, ты знаешь, что такое север? – спросил Сурт нового товарища.
    – Знаю ли я о севере? – переспросил задира. – Конечно, я знаю. Всю свою сознательную жизнь прожил недалеко от этих гор. Мне родители в детстве много чего про Северную Антарию рассказывали. Тогда ещё она не отделилась, и каждый мог туда попасть. В основном, конечно, были сказки, но встречались и правдивые истории. Так что я представляю, что стоит ожидать от неприветливых снежных пустынь и густых хвойных лесов.
    И вновь Сурту показалось, что товарищ лишь хвастается, рассказывая о непонятных ему вещах. Вряд ли он хорошо понимал, что такое «снег» и «хвойный лес». Сурт и сам плохо разбирался в северных терминах, что неудивительно для эльфа, прожившего всю жизнь в тёплом краю.
    – Тебя как зовут-то? – спросил Сурт, осознав, что не знает имени попутчика.
    – Ридаз.
    – А я – Сурт.
    Дальше, до самых гор, они прошли, не проронив ни слова. Когда Сурт и Ридаз достигли склона горы, они поняли, что ни тот, ни другой не знают, как найти перевал и добраться до Северной Антарии.
    – Ты что, не знаешь, куда нам идти? – вскрикнул Ридаз на Сурта.
    – Нет. Откуда мне было знать, – спокойно ответил Сурт, разглядывая горы, вставшие на пути, – Я наудачу шёл, уверен, что в горах есть тропа для перехода.
    – Конечно, есть! Только пока мы её ищем, армия, о которой ты говорил, покончит с лесом и обнаружит нас!
    – Что ты ноешь? – всё так же спокойно, спросил Сурт у мельтешащего перед глазами Ридаза. – Ты же уверен в мощи Херосского леса. Нам нечего бояться. Ты идёшь на север, чтобы преподать урок тамошним эльфам. Тем более ты самый великий фехтовальщик Антарии, – голосом, полным сарказма, напомнил Сурт. – Если бы я жил недалеко от гор, я ещё в детстве излазил бы их вдоль и поперёк, – упрекнул попутчика он.
    Ридаз не слушал, он успокоился и поглядывал на Херосский лес, откуда ещё недавно сбежал. Он подумывал вернуться назад, вот только мысль о неведомой армии пугала.
    Сурт принял решение устроить привал возле гор, чтобы переждать ночь. Сейчас, в темноте, они вряд ли обнаружат верный путь. Было жаль вновь терять драгоценное время, но оно уже было упущено в лесу, теперь им больше ничего не оставалось, кроме как упустить ещё пару часов.
    Под утро, как только начало светать, Сурт разбудил Ридаза:
    – Ты идёшь? – спросил заспанного товарища эльф, нашедший тропу, которая могла вывести их на противоположную сторону гор.
    Ридаз лишь пробормотал что-то себе под нос, встал и, протирая глаза на ходу, поспешил за Суртом:
    – Я так понимаю, ты выбрал эту тропу, надеясь наудачу?
    – Да. А ты можешь предложить что-то более умное?
    – Нет, не могу, – ответил Ридаз и, не говоря более ни слова, последовал за товарищем.
    Эльфы шли около получаса, поднимаясь всё выше в гору. Незначительные препятствия на пути, такие, как валуны, преграждающие проход, или крутые склоны, с лёгкостью преодолевались. Тропинка, выбранная Суртом, иногда расходилась, эльфы сворачивали, полагаясь на интуицию. И она долгое время их не подводила. На одном из поворотов они заметили, что тропинка обрывается, а её продолжение находится почти в трёх метрах от них.
    – Идём назад, – развернулся Ридаз, – не так далеко была развилка. Пойдём по другому пути.
    – Нет, – остановил его Сурт. – Мы перепрыгнем обрыв.
    – Ты что? – одарил Ридаз непонимающим взглядом попутчика. – Даже если мы допрыгнем до той стороны, неизвестно, выдержит ли камень. Может произойти обвал!
    – Я понимаю. Но посмотри, тропа ведёт вверх и огибает гору. Вполне возможно, что она выведет нас на противоположную сторону. Тогда нам останется лишь спуститься. Если же мы вернёмся, неизвестно, сколько придётся плутать по этим дорожкам.
    Но Ридаз не слушал Сурта, он смотрел в сторону бывшей родины. Из леса поднимались клубы дыма, с горы было заметно, как огонь распространяется от хутрея к хутрею. Сурт понял – Херосский лес пал. Нужно торопиться и покинуть Южную Антарию. Оставалось лишь надеяться, что на север они не пойдут. Сурт заметил, как глаза Ридаза затуманились от слёз. Задира еле слышно проговорил:
    – Я до конца верил, что Херосский лес может выстоять против любой армии.
    – Не волнуйся, – Сурт похлопал товарища по плечу. – Я не знаю, что нас ждёт впереди. Но уверен, что в жизни мы перебьём несколько сотен этих собакоподобных тварей. В память о воинах, что сражались за твой лес. Не забывай, что нам неизвестно ничего о Сайлорском лесе, возможно, он тоже пал. Если это так, наша судьба – судьба беженцев. А теперь нам стоит поспешить, иначе бегство из леса будет напрасным.
    Ридаз молчал, он думал о чём-то, глядя на огонь, поглощающий лес.
    – Понимаешь, – продолжил Сурт, – твою родину не вернёшь, её больше нет. Сейчас нужно думать в первую очередь о себе, нужно продолжать путь. Нужно жить своей жизнью. Нужно бороться за неё.
    Эльф бросил на Сурта секундный взгляд, полный решимости, и, разбежавшись, с лёгкостью перепрыгнул обрыв. Сделав ещё пару шагов, он остановился, развернулся и махнул рукой. Сурт решил не отставать от товарища и последовал его примеру. Прыгнуть так же хорошо, как и Ридаз, у него не получилось. Сурт едва долетел до противоположного края тропы. Он перевёл дыхание после того, как сделал шаг подальше от края.
    – Поспешим, – сказал Ридаз и пошёл вперёд.
    С каждой минутой становилось всё холоднее. Путники надели поверх лёгкой куртки ещё одну, чтобы не замёрзнуть. Вскоре они вышли на противоположную сторону гор. С высоты северный край казался огромной белой пустыней. В центре неё, словно огромная надзорная башня, возвышалась крепость Фрост. Её каменные стены, покрытые инеем, будто постепенно поглощались снежной пустыней. Вокруг людской крепости можно было разглядеть множество маленьких домиков, здесь жили в основном охотники, рудокопы и воины. По сути, на севере больше и заняться нечем было. Чуть южнее крепости Фрост находилась конечная цель путников – Сайлорский лес, зелёный остров жизни среди снежных пустынь. На радость Сурту и Ридазу лес не казался разграбленным и сожжённым.
    – Идём дальше, – сказал Сурт. – Когда спустимся с горы, устроим ночлег.
    Ридаз лишь кивнул.
    Вскоре начался трудный спуск. Тропа становилась менее пологой и более скользкой. Путникам приходилось использовать клинки в качестве опоры, чтобы не скатиться вниз.
    – Начинает смеркаться, – подметил Ридаз, – стоит поторопиться. Нам нужно успеть разжечь костёр до ночи, иначе могут напасть дикие звери.
    – Успеем, – успокоил его Сурт.
    Когда они спустились, Сурт отправился на поиски хоть сколько-то годных для костра веток. Ридаз же выбрал место для ночлега – поляну возле самого склона. Чуткий слух распознал мягкие шаги недалеко от него. Это не Сурт, он собирал ветки восточнее поляны. А шаги раздавались с севера.
    – Неужели дикий зверь, – подумал Ридаз.
    Клинки мгновенно оказались в руках. Вскоре в темноте сверкнули два глаза. А чуть позже Ридаз различил морду животного. Внушительных размеров кошка с красивой, белой с черными пятнами шкурой и с метровым пушистым хвостом, подергивала мокрым носом. Видимо, к поляне её привлёк незнакомый запах. Кошка, подойдя к Ридазу, с любопытством уставилась на него.
    – Похоже, это её территория, – подумал Ридаз. – Кажется, она не представляет опасности, выглядит довольно дружелюбно, но кто её знает, что она задумала.
    Осторожно продвигаясь к зверю, Ридаз смотрел кошке прямо в глаза, надеясь вовремя отскочить, если в них мелькнёт гнев. Но она лишь слегка повернула голову, продолжая разглядывать подходящего. Видимо эльфы не вели охоту в этих краях и звери их не боялись. Ридаз отметил, что лапы у кошки массивные, а за ними наверняка прячутся крупные острые когти, способные убить и растерзать жертву в мгновение ока. Рисковать не хотелось. Он подошёл достаточно близко к северной кошке. Ему хватило одного взмаха сабли, чтобы прикончить зверя. На белом снегу появились багряные пятна крови. Кошка не успела даже испугаться или разозлиться. Она упала замертво. С востока послышался шорох и шум борьбы.
    – Похоже, ещё один хищник поймал жертву, – подумал Ридаз, очищая клинок от крови. – Не зря говорили, что в этих краях одна из опасностей – стаи зверей.
    Вскоре вернулся Сурт, увидев мертвую кошку, он прикрикнул на Ридаза:
    – Ты что наделал?
    – Убил хищника, – пожал плечами Ридаз.
    – К трупу могут сбежаться падальщики. Я набрал веток, нужно отойти от этого места, разобьём лагерь подальше. Идём.

***

    Северные эльфы мало чем отличались от южных собратьев, неизвестно почему, но они почти не изменились. То ли времени с момента заселения Сайлорского леса прошло слишком мало, то ли их врождённых способностей хватало, чтобы жить среди вечных холодов. Из одежды северные эльфы предпочитали лёгкие, удобные, но в тоже время тёплые вещи. Основным промыслом эльфов севера была охота, а также продажа шкур после неё. Как и южные собратья, они отлично ладили с животными, приручали их и использовали.
    В последнее время, возле гор часто встречались отряды из трёх-четырёх северных эльфов. С какой целью они находились там, никто не знал. Можно было лишь догадываться о том, что они опасаются проникновения кого-то на территорию, через перевалы в горах.
    Одна из таких групп хотела приступить к ужину, возле костра, когда со стороны гор послышался разговор и шаги. Эльф из отряда, отложив еду, отправился на разведку. Вернулся он через несколько минут. Посмотрев на приятелей с некоторым беспокойством, он лишь кивнул головой. Эльфы нахмурились. Завалив костёр снегом, они покинули место стоянки, отправившись на встречу незваных гостей.
    Как и многие разведывательные отряды, этот состоял из четырёх эльфов и животного, прирученного снежного барса. Все эльфы из отряда были следопытами. Они поддерживали ментальную связь с верховным советом, через друидов, находящихся в Сайлорском лесу.
    Слова разведчика подтвердились. Гостями оказались эльфы с юга. Несмотря на врождённую ловкость, они не могли бесшумно передвигаться по снегу, в то время как северные эльфы делали это без труда.
    Все четверо, следуя указаниям совета, до поры, до времени лишь наблюдали за пришедшими с юга. Вдруг снежный барс, покинул отряд, приближаясь к южным эльфам.
    – Стой, Румб! – хотел пойти за ним хозяин, но другие эльфы из отряда его остановили.
    – Нам нельзя выдавать себя, некоторое время, – прошептал эльф, схвативший хозяина кошки за плечо. – Они не должны знать, что за ними наблюдают. Помнишь?
    – Они убьют Румба, – огрызнулся тот.
    – Румб не станет нападать без приказа. Они тоже не станут убивать его, пока будут чувствовать, что зверь не представляет опасности.
    Отряд наблюдал за гостями, благо спор членов группы не был услышан. Ветер дул в их сторону и унёс слова далеко от южных эльфов. Тем временем, Румб – ручной барс – вышел к южному эльфу, изучая его с присущим ему любопытством. Эльфы видели, как хозяин барса, бормотал что-то. Видимо, просил Симорга защитить друга. Подойдя поближе, кошка покорно села, давая понять эльфу, что не желает зла. Эльф, похоже, не понимал его намерений и, достав клинки, убил барса. Хозяин Румба сорвался с места, желая отомстить, но трое членов отряда схватили его за плечи и, прикрыв рот ладонью, уложили на землю.
    – Только попробуй сорвать нам задание из-за смерти барса, – прошипел один из группы. – Ты-то отделаешься простым выговором, а нам это может грозить кое-чем посерьёзнее.
    Хозяин Румба попытался вырваться из хватки товарищей, но после нескольких безуспешных попыток оставил это дело и успокоился.
    – Хорошо, – сказал он. – Сейчас я не буду убивать. Но когда нужно будет взять эльфов в плен, этот окажет сопротивление и мне придётся его убить.
    – Я не против, – отпустили товарища эльфы, – только думай об этом поменьше, тебя может услышать верховный совет.
    – Знаю я, – бросил хозяин Румба, отряхиваясь от снега.
    – Как там эльфы, – спросил один из отряда.
    – Они ушли, – доложил другой.
    – Как ушли? Они услышали нас?
    – Думаю, что нет. Они не спеша отходят на запад. Наверное, решили уйти подальше от трупа.
    – Отправляемся за ними, – проговорил эльф.
    Отряд двинулся на запад. Хозяин Румба шёл угрюмый, погрузившись в мысли. Сейчас его не заботила ни миссия, ни предсказание друидов. Сейчас он просил прощения у друга и обещал ему, что похоронит его, как только покончит с убийцей.
    Члены отряда с беспокойством глядели на хозяина барса. Но беспокойство было вызвано вовсе не сожалением и сочувствием, а скорее боязнью. Они боялся, что гнев и желание мести помешает их заданию. Особенно теперь, когда на территорию Северной Антарии впервые за много лет ступила нога южного эльфа.
    – Гурайл, только давай без глупостей, – проговорил один из эльфов.

***

    – Давай, вставай, – растолкал Ридаза Сурт. – Солнце встало, пора идти.
    – Да, да. Сейчас, – начал подниматься эльф.
    Костёр возле их лагеря горел всю ночь. Они спали поочерёдно, поддерживая огонь и поглядывая в темноту. Готовясь в любой момент отбить нападение хищников.
    Сурт не стал рассказывать товарищу о своих опасениях. Ему казалось, что всю ночь за ними следили. С востока доносились едва слышные шорохи, но это не был, ни дикий зверь, ни игра ветра. Шорохи издавали разумные существа. Кто это, эльфы, индулы или люди, он не мог понять. Как только отходил от лагеря, пытаясь обнаружить их, звуки стихали. Поиски не дали никаких результатов, будто никого и не было. Сурт, в конце концов, списал всё на усталость и излишнее беспокойство, но бдительности не уменьшил.
    Путники стали пробираться сквозь деревья к Сайлорскому лесу. Судя по расстоянию, увиденному вчера с вершины, до него оставалось часа четыре пути. Сурт и Ридаз решили идти без остановок.
    Как бы они не пытались шагать бесшумно, снег под ногами хрустел. Как только они отошли от костра, поднявшийся ветер проморозил руки и ноги эльфов, идти становилось всё сложнее.
    – Боюсь, придётся развести костёр, согреться, – предложил Сурт, отбивая зубами чечётку.
    Ридаз лишь кивнул, не в силах, что-либо сказать. Челюсть замёрзла и плохо слушалась.
    И тут до них донеслись звуки шагов. Кто-то приближался, на большой скорости. Путники переглянулись и, достав из ножен клинки, приготовились к тому, что может произойти в следующий момент. Вскоре к шагам бегущего присоединились ещё трое. То ли они преследовали первого, то ли все четверо бежали к нему с Ридазом. Шаги звучали всё ближе. Сурт и Ридаз не успели среагировать, как из-за деревьев выскочил эльф. Молниеносным движением его клинок нанёс удар, пронзив сердце Ридаза.
    Не понимая, что здесь происходит, Сурт двинулся в атаку на нападавшего. Он понимал, что перед ним северный эльф. И вовсе не из-за того, что тот был одет в странную одежду. Скорее Сурт чувствовал, что это не южный собрат. Но почему он напал, Сурту было непонятно. Сурт сделал выпад на эльфа. Тот без труда блокировал удар.
    – Не нужно, – сказал он, – нет нужды сражаться с тобой. Мы должны провести тебя в Сайлорский лес. Этот убил моего друга, барса, сейчас он понёс наказание.
    Только теперь Сурт заметил, что трое других эльфов добежали до них и две стрелы, вложенные в лук, смотрели на него, готовые в любой момент полететь к цели.
    – Хорошо, – сказал Сурт. – Провожайте.
    Как только он понял, что опасность не угрожает, Сурт вложил клинок в ножны, позабыв о непутёвом товарище. В конце концов, сам виноват, не нужно убивать зверей, тем более, если не уверен, есть ли у них хозяин.
    – Мне нужно многое рассказать вам и вашему верховному совету.
    – Расскажешь, идём, мы проводим тебя. Вот одень это на руки, – эльф из отряда отдал Сурту странный элемент одежды – тёплую и в то же время удобную форму для рук, сделанную из шерсти
    Сурт поспешил надеть её, чтобы руки в конец не замёрзли. Надо сказать это получалось у него с трудом. Тот, что подарил ему перчатки (так называлась эта одежда), видя проблемы Сурта, помог надеть их.
    После двое из отряда эльфов прошли вперёд, указывая Сурту путь, в то время, как двое других отошли назад.
    – Наверное, чтобы прикрыть тыл, – подумал он.
    Сурт решил, что южные эльфы почётные гости в этих краях. Наверное, здесь знают о неведомой армии и хотят помочь в войне с ними. Разговаривать ему было не с кем, все члены из встретившего Сурта отряда, шли с невозмутимыми лицами, нерасположенными к общению. Поэтому он стал глядеть по сторонам, возможно, если бы не холод, он мог бы восхищаться загадочностью северных пейзажей. Раньше он на них не обращал внимания, опасность не позволяла рассматривать странности снегов. Необычные деревья росли в этих краях, их листья похожи на маленькие тонкие иголочки. Солнце, меньшее, чем на небе юга и мёртвая река с твёрдой водой поражали Сурта. Он будто попал в другой мир. Всё здесь было безжизненно и с трудом мирилось с ужасной жизнью. От Южной Антарии здесь не осталось ничего.

    – В любом случае нам придётся идти к нему на приём, – услышал Эл сквозь сон до боли знакомый голос, принадлежавший провидице Алиене.
    – Я так понимаю, стоит заняться этим сразу после совета, – проговорил ещё один эльф, которого Эл знал не хуже первого, это был Димар. Слова долетали до разума, будто преодолевая огромные расстояния. Значения каждого слова доходили до Эла с большим трудом.
    – Да. Нужно отправиться в Лову сразу после допроса Амбассора. Нельзя это откладывать, – подтвердила Алиена.
    Туман в голове начинал постепенно рассеиваться, позволяя мыслям проникнуть в разум. Эл вспомнил события предыдущего дня. А может и не предыдущего. Кто знает, как долго он проспал. Алиена с остальными вернулись из Руанского леса, а значит, провалялся в кровати он не мало. Они остановили колдуна. Непобедимого, как считалось раньше. У них получилось. Он чётко помнил каждый удар по посоху колдуна. Он помнил, как сияние окутало тело и разум. Магия колдуна не могла оставить даже царапины на коже после этого. Но сияние не позволяло Элу действовать так, как того желает он. Оно будто управляло им. Что же произошло в тот злосчастный ливень?
    Парень открыл глаза. Он лежал на одной из кроватей укрытия. Недалеко от него собрались все члены сопротивления: Димар, низкорослый эльф с перевязанной рукой, провидицы Ирена и Алиена, Эвил с наставником Волаком, целительница Макрена, друг Эла Прут, близнецы Дерик и Квин, а также людской кузнец, его ученик и жена. Здесь же, облокотившись на стену, стоял Архин, индул, который помог эльфам. Многие из сопротивления занимали места на стульях, принесённых из «обеденного» отсека пещеры. В руках Ирены находился посох, Длань Эрефа, отобранный у колдуна после битвы.
    В сознании Эла, будто картинки, всплыли события последних минут битвы: Димар, пытавшийся остановить его, отлетает в сторону, вскоре недалеко падает Архин. Ирена запускает заклинание, которое сияние не может погасить. Эл падает без чувств, ударившись обо что-то, скорее всего об одно из деревьев, растущих на острове. Последнее воспоминание заключалось в том, что он готов был напасть и на Ирену, если бы всё пошло иначе. Что они теперь думают о нём? Димар получил травму, видимо, неудачно упав после броска Эла…
    Парень повернулся на бок. эльфы, занятые обсуждением возникших проблем, не заметили его пробуждения. На соседней кровати без сознания лежал колдун. Он сильно изменился с того момента, как Эл видел его последний раз: вместо шикарных одежд с загадочными символами он был одет в обыкновенный потрёпанный коричневый пиджак, странная тёмная кожа посветлела, а волосы на самом деле оказались вполне человеческими – тёмными. Странно, но сейчас Эл не чувствовал той лютой ненависти, которая затуманила разум во время битвы, сейчас колдун вообще не интересовал парня.
    Эл сел на кровати. Тело ломило от слабости. Эльфы обратили на него внимание, как по команде обернувшись. Ирена кивнула кому-то из них. Алиена подошла к парню и положила руку ему на плечо.
    – Как себя чувствуешь? – спросила она.
    – Нормально, – пожал плечами Эл.
    Он не знал, что ещё сказать. С того момента, как Эл проснулся, эльфы прекратили обсуждение и будто ждали чего-то. Может объяснений… Но он сам не понимал, что произошло… Снова и снова мысли возвращались в те моменты: дождь, гром, молния, колдун и странное сияние, обволакивающее с головы до ног. Он был будто в плену…
    Эл пробежал по лицам всех стоящих в пещере. Близнецы и Волак со своим учеником смотрели на него со страхом, некоторым пренебрежением и крупицей гордости, видимо, Димар и Ирена рассказали всем о том, что произошло в тот злополучный ливень. Макрена с Прутом, те, кого он мог назвать друзьями, смотрели с удивлением и ярким желанием узнать чуть больше. Во взгляде Ирены Эл заметил каплю понимания и соучастия, чего никак не мог ожидать. Димар улыбался ему той улыбкой, которой всегда встречал раньше. Будто не так давно Эл не зверел вовсе и не отталкивал его в сторону. Кузнец и люди, пришедшие с ним, отвели взгляд, когда Эл посмотрел на них. И только в одних глазах, в звериных глазах Архина, лучилась радость победы. Он будто сиял от того, что план осуществился.
    – Можешь встать? – спросила Алиена. – Пойдём, прогуляемся, поговорим…
    Эл догадался по мягкому тону Алиены, что у неё могут быть ответы на терзавшие вопросы. Пересиливая боль, он кивнул, встал с кровати и направился к выходу из пещеры. Алиена, кивнув Ирене, последовала за ним.
    Состояние Эла постепенно улучшалось. Когда Эл вышел из пещеры, он уже не боялся упасть, делая новый шаг. Раздумывая над тем, что увидел в пещере, Эл понял, что на лицах не было того, чего он так боялся – осуждения. Значит, они понимают, что он не виноват в случившемся. Скорее всего, понимают…
    – Расскажешь, что произошло вчера? – задала вопрос Алиена, когда Эл присел на камень, лежавший недалеко от входа в пещеру.
    – Значит, дождь и битва произошли всё-таки вчера, – убедился Эл.
    Он огляделся вокруг, после битвы остров было не узнать. Деревья повалены молниями, в одном месте до самой реки тянулся ров, образованный огромным огненным шаром.
    – Я сам не понимаю, что произошло, – пожал плечами подросток.
    – Эл, видимо, ты меня не понял. Я не прошу объяснить, что произошло. Я хочу, чтобы ты рассказал мне об этом. Просто перескажи события, чувства.
    – Я не хотел причинять им вред, это получилось непроизвольно! – будто не услышав провидицу, занял оборонительную позицию Эл.
    – Успокойся, – мягким тоном сказала Алиена. – Никто тебя не обвиняет. Я прошу тебя рассказать о событиях, произошедших до и во время битвы с колдуном.
    – Хорошо. Я так понимаю, что Архин рассказал вам историю от своего лица?
    – Конечно.
    – Даже догадываюсь, что вы послушали историю Ирены с Димаром?
    – Я же хочу понять, что здесь произошло.
    – В таком случае, если вы имеете общее представление о сражении, можно я начну с того момента, как со мной началось неладное?
    – Начинай, откуда считаешь нужным. Только не забудь упоминать о чувствах, впечатлениях, которые ты испытывал. Это важно. Ассоциации может какие.
    – Хорошо, – Эл пересказал Алиене события того дня, стараясь не упустить ни одной важной детали. Иногда провидица останавливала его, уточняя что-то, переспрашивала никчёмную информацию и периодически кивала головой.
    – Что ж, – сказала она, когда Эл подошёл к концу рассказа, – боюсь, я не узнала ничего нового, – в голосе провидицы мелькнули нотки разочарования. – Думаю, ты тоже хочешь услышать ответы на некоторые вопросы. Если такие есть, задавай. Я попытаюсь ответить.
    Эл задумался над тем, какой вопрос задать в первую очередь и на какие из вопросов Алиена не сможет дать ответов.
    – Что со мной произошло? – спросил он.
    – Выплеск энергии, – пожала плечами провидица, будто это и без того очевидно. – Проблема лишь в том, что в тебе её много.
    – Значит, я могу пользоваться магией? Швырять молнии, файерболы, держать вещи в воздухе, так?
    – Почти. Послушай сначала мои соображения по этому поводу, а потом задавай следующий вопрос. – Эл кивнул. Провидица продолжила. – Ещё во время нашей первой встречи я удивилась тому, что ты воин. Ирена пояснила мне, что детство ты провёл среди людей, которые не могли провести определение и обучить тебя магии.
    – Определение? – в очередной раз перебил провидицу Эл.
    – Определение – это некий обряд, на котором смотрят, в состоянии ли эльф обучиться магии. Обладает ли он нужным количеством энергии, – пояснила Алиена.
    – Нужным количеством? Значит, энергия есть в каждом?
    – Да. Энергия течёт даже в тех, кто избран на определении как воин. Просто её уровень настолько мал, что не позволит сотворить простейшее заклинание.
    – Класс, – улыбнулся Эл, – получается, я могу стать магом?
    Алиена кивнула.
    – Получается так. Только не магом, а друидом.
    – А из-за чего произошёл этот выплеск? Из-за испуга? – спросил он.
    – Не думаю. Скорее всего, это защитная реакция организма. Сияние же возникло после попадания заклинания в тебя. Хотя, мне кажется, страх сыграл некоторую роль, он позволил энергии взять твой разум под контроль. Кстати, я собиралась взяться за твоё обучение в ближайшее время. Помнишь, когда я просила передать Макрене, что готова продолжить её обучение, я упомянула, что собираюсь учить ещё кое-кого?
    Эл вспомнил, как рассказал Макрене об этом, и как они гуляли после этого по острову, вдвоём. Вернее втроём. Она, он и Тейл, конь Эла.
    – Да, помню. Алиена, – обратился Эл к провидице, – прежде чем вы продолжите рассказывать мне об этой энергии, ответьте на вопрос: вы не знаете, где Тейл? Что с ним случилось?
    – Мы не видели его с того момента, как покинули остров, убегая от колдуна. Не знаю, что с ним. Может испугался грозы, что прошла в тот день, может даже его задело молнией или огненным шаром. Специально мы не искали, а к нам он не подходил.
    – Ладно, – взгрустнул Эл, – я поищу его позже.
    – Так вот, – вернулась Алиена к разговору о магии, – тот, кого я хочу учить, ты. Количество твоей энергии превосходит все вообразимые пределы. Я даже не могла представить, насколько превосходит. Твой уровень энергии, её количество в сотни раз выше, нежели у Ирены.
    – Это плохо? – спросил Эл, заметив в голосе Алиены нотки обеспокоенности.
    – Это может создать проблемы вроде той, что была во время грозы, когда ты бился с колдуном. Честно говоря, я впервые слышу о том, что энергия может взять разум под контроль. Сказал бы мне кто-нибудь это лет пять назад, я бы назвала его сумасшедшим.
    – Значит, я уникальный?
    – Получается так, – пожала плечами Алиена, – но я бы не стала гордиться этой уникальностью. Насчёт обучения, теперь, когда колдун не представляет опасности, нам никто не помешает. Думаю, несколько месяцев и мы сведём к минимуму возможность повторного выплеска энергии.
    – Подожди, подожди, Алиена, – протараторил Эл, – какое обучение. Я собирался отправиться на север к родителям.
    – Боюсь, с этим стоит подождать. Во-первых, ещё не решены проблемы с границей Северной и Южной Антарии, пока даже не понятно, по каким причинам они отделились. Во-вторых, неизвестно что может произойти, если выплеск произойдёт вновь.
    – С границей я сам могу разобраться. У меня есть на примете проводник. А насчёт выплеска, он произошёл первый раз за семнадцать лет. Если я не буду вступать в бой с магами, он может не произойти вовсе. Я не собираюсь ждать ещё несколько месяцев. Мои родители думают, что я погиб. Я отправлюсь как можно быстрее. Обучением можно будет заняться позже, когда вернусь.
    – Возможно, ты прав. Тем более если выплеск произошёл как защитная реакция организма на ожог. Давай договоримся так: ты отправишься на север к родителям, повидаешься с ними и через пару месяцев вернёшься сюда. Обучение нужно провести, иначе остаётся риск.
    – Хорошо. Я даже хочу научиться этим магическим штучкам и сейчас, но важнее для меня всё-таки найти родителей.
    – Если не секрет, кто проводник? Архин?
    Эл кивнул
    – Мы с ним не обсуждали подробности, но он предложил помощь. Думаю, он не откажется от своих слов.
    – Ладно. Есть ещё вопросы ко мне или мы можем вернуться в пещеру?
    – Есть. Я эльф?
    – Я думала, для тебя это очевидно, – вновь пожала плечами провидица. – Конечно, ты эльф. Во-первых, ты не чувствуешь страха перед индулом, по сравнению с людьми. Они-то даже при близости Архина испытывают боязнь. Хоть и зарекомендовал он себя как друг. Во-вторых, все физиологические признаки налицо. И в-третьих, энергия. Слишком мало людей обладают ей. Лишь несколько магов. В общем, я бы на твоём месте даже не сомневалась.
    – В таком случае я тем более должен отправиться на север и спросить родителей, откуда я. Откуда у меня эта сила.
    – Вряд ли они знают об энергии, – покачала головой Алиена, – хотя уверена, что она с рождения. Думаю, твои кровные родители, узнав об опасности, поспешили избавиться от неё, отдав тебя в семью людей.
    – Так почему бы им просто не убить меня. Когда я был маленьким? Нет меня, нет проблемы. Верно?
    – Верно. Понимаешь, это лишь мои предположения, вполне возможно события развивались не так, как я их описываю.
    – Ладно. Вернёмся в пещеру, – встал Эл с камня.
    – Это все вопросы, которые ты хотел задать?
    – Нет. Просто на некоторые из них я могу получить ответ во время совета.
    Когда Эл и Алиена спустились в пещеру, они увидели, что Амбассор пришёл в себя и сейчас сидел на одном из стульев. Весь совет, судя по всему, ждал возвращения Алиены. Эл занял место недалеко от Прута. Тот спросил о его самочувствии, Эл лишь подмигнул другу с улыбкой на лице. Алиена кивнула Ирене в знак признательности и заняла своё место.
    Эл в очередной раз отметил, что Амбассор уже не тот грозный колдун. Сейчас перед ним сидел маленький, скромный, испуганный мужичок. От былого величия не осталось и следа. Видимо, посох обеспечивал ему даже устрашающий вид.
    – Амбассор, – обратилась Ирена к колдуну, – теперь, когда посох у меня, я требую от вас ответов на вопросы.
    – Конечно, – покорно ответил колдун.
    После этих слов Эл обратил внимание на Ирену. Она тоже изменилась. С колдуном она разговаривала без тени улыбки, без тени сочувствия, нежели в разговорах с членами сопротивления. Хотя он точно помнил, именно она не позволила Элу убить колдуна. Несмотря на холод в голосе, Ирена вежливо обращалась на «вы» к собеседнику. Подростка несколько смутили подобные странности в поведении провидицы.
    – Скажите, что двигало вами, когда шестнадцать лет назад вы повели за собой тысячи индулов и напали на эльфийские леса?
    – Я хотел спасти людей, – не слишком уверенно ответил Амбассор.
    – Что? – переспросили сразу несколько эльфов.
    – Я хотел спасти людей, – повторил колдун, пытаясь скрыть неуверенность в голосе.
    – Что за бред ты несёшь! – вскрикнул Волак.
    – Успокойся, – приказала ему Ирена. – Амбассор, поясните свои слова.
    – Простите, я не знаю, как к вам обращаться.
    – Ирена, – сказала эльфийка.
    – Так вот, Ирена. Шестнадцать лет назад я встретил странных эльфов в чёрных рясах, с рисунком в форме древа на груди. Они рассказали мне, что эльфы хотят подчинить Антарию себе. Понимая, что против искусных воинов у людей мало шансов, я принял их условия. Они предложили мне напасть на леса Южной Антарии, – рассказывая о причинах нападения, Амбассор всё больше понимал, какую глупость сотворил. Он винил себя за то, что согласился уничтожить расу, за то, что не остановился после нападения на леса и продолжил охоту. Хотя мог и прекратить, мог… Но показывать страх выжившим Амбассор не собирался, он решил принять ту участь, что уготовят эльфы. Да и выбора другого попросту не было, посох у них, а без него Амбассор никто.
    – Бред… Эльфы никогда не собирались нападать на людей, – заверила его Ирена.
    – Возможно, вы в силу своего возраста не слышали об этих планах, – не уступал Амбассор.
    – Я вас заверяю, – взяла слово Алиена, – ничего такого у эльфов в мыслях не было.
    – Простите, но, как я понимаю, вы живёте в Дефиате. Вполне возможно, эльфы не посчитали нужным информировать вас.
    Ирена заметила, что Волак начинает выходить из себя, а его рука в любой момент могла потянуться к клинкам. Нужно переводить разговор с Амбассором в другое русло. Посмотрев на Алиену, она заметила лёгкий кивок головы и обратилась к мужчине:
    – Хорошо, сейчас не столь важно, правду вам сообщили те странные эльфы или нет. Обратно историю не повернуть. Вероятнее всего вас обманули. С какой целью, непонятно. Почему эльфы захотели смерти своих братьев, тоже непонятно. Я только не понимаю, почему вы действовали столь безрассудно, почему никак не проверили эти слова, почему не рассказали Элберу об этом.
    – Я глубоко сомневался, что данный конфликт можно разрешить дипломатическими силами.
    Ирена видела, что Волака, единственного из сопротивления, злит каждое слово, сказанное Амбассором. Но поделать ничего не могла, выгнать Волака у неё не было оснований, он сдерживал язык за зубами, а Амбассору нужно задать ещё не один вопрос. Поймав взгляд Алиены на себе, Ирена стала метать взор на Волака. Пожилая провидица не сразу поняла намёк, но вскоре всё-таки попросила эльфа составить ей компанию во время прогулки. Волак не был из числа глупых, поэтому понял причину столь несвоевременного желания прогуляться, но отказать провидице не мог. Ирену же абсолютно не волновал тот факт, что все, включая самого Волака, заметили её игру глазами.
    – После расскажешь мне всё, – шепнула она Ирене, проходя мимо неё.
    – Что ж продолжим, – сказала Ирена, когда провидица с Волаком покинули пещеру. – Где вы взяли Длань Эрефа?
    – Посох мне дали эльфы. Послушайте, Ирена, я, конечно, не настаиваю, но, возможно, мне стоит по памяти пересказать разговор со странными эльфами.
    – Хорошо. Но если я не услышу в вашем пересказе ответов на свои вопросы, я спрошу их у вас.
    – Конечно, – пожал плечами Амбассор и пересказал Ирене и совету разговор, произошедший на мосту шестнадцать лет назад, настолько точно, насколько возможно помнить такие вещи спустя много лет.
    Ирена прервала бывшего колдуна лишь однажды, когда он дошёл до момента разговора, где странный эльф предложил Амбассору метод привлечения на свою сторону индулов. Весть о том, что эльфы предложили в качестве приманки артефакт, оставленный Вайлендом, в существовании которого она не сомневалась, напугала её. После вопроса Ирены Амбассор поспешил заверить совет, что артефакт индулы не получили, более того, поиски силы Вайленда не принесли никаких результатов.
    Когда Амбассор закончил пересказ разговора, Архин задал ему вопрос, который мучил его не одну ночь:
    – Так вы не посланник Вайленда?
    – Нет, – пожал плечами Амбассор, – историю с посланником придумал Грох, я лишь пришёл к нему с предложением напасть на эльфов. Его, надо сказать, не пришлось долго уговаривать.
    Ирена улыбнулась и задала последний вопрос:
    – Индулы знают, где вы?
    – Конечно. Шаман Грох знает.
    – Спасибо, – одно лишь это слово вызвало недоумение в душе многих присутствующих, но то, что было сказано далее, шокировало некоторых членов совета, а также Амбассора. – Я не смею вас более задерживать, – обратилась Ирена к бывшему колдуну, – вы помогли мне многое понять. К вам у меня лишь один совет: впредь постарайтесь избегать непродуманных решений.
    Амбассор не понимал, разыгрывает его эльфийка или действительно готова отпустить, простить все те беды, что навлёк Амб на эльфийский народ. Не веря своим ушам, он продолжал сидеть на стуле, не вставая с него. Но Ирена больше ничего не говорила, она ждала. В пещере нависла напряжённая тишина. После пары минут молчания и бездействия Амбассор всё же встал… Встал и осторожно начал двигаться к выходу, стараясь не обращать внимания на десяток пар глаз, буравящих его. Амбассор до сих пор сомневался, что эльфы его отпускают. Он шёл к выходу, готовясь принять разряд молнии, выпущенный в спину. От ожидания скорого толчка по спине пробежали мурашки. Но нет… Амбассор делает шаг за шагом, но за спиной ни шороха, ни намёка на готовящийся удар.
    – Амбассор, – голос Ирены будто гром рассёк тишину. Никогда ещё произнесение этого имени не пугало мужчину настолько сильно, он буквально подпрыгнул от страха.
    – Да? – повернулся он к провидице.
    Лицо Ирены растянулось в довольной ухмылке, видимо, она получила удовольствие от испуга того, кто так долго держал в страхе всех эльфов.
    – Последний вопрос: где вы будете жить? Я хотела бы узнать это, на случай, если у меня возникнет ещё парочка вопросов, ответы на которые вы могли бы дать.
    – У друга, Брента из Дефиата. Вы должны его знать.
    – Конечно, я знаю. Не знаю только, как он вас примет, но в любом случае могу пожелать вам удачи. В прошлый раз вы позволили нам убить его, и он об этом знает.
    – Хорошо, – кивнул Амб, – спасибо.
    Повернувшись к выходу, он продолжил путь. Бывшему колдуну удалось выйти из пещеры, но никто не попытался ему помешать. Лишь злобный взгляд Волака настораживает, но нужно идти дальше, нужно продолжать, моля богов, чтобы милость эльфов оказалась реальной.
    Мгновенья спустя Амб на берегу реки сталкивал плот, а за спиной никаких звуков погони. Перебравшись через реку, Амбассор упал на песок пляжа, слегка опираясь на руки. По щекам покатились слёзы, но это были не слёзы счастья. Амбассор оплакивал всех тех, кого по его приказу убили индулы в те страшные минуты нападения. Он проронил слёзы лишь во второй раз за столь долгий период своей жизни.

***

    Сразу после окончания совета трое друзей выбежали наружу и убежали подальше от надоедливых взрослых. Эл стал пересказывать друзьям, как он бился с колдуном. Изредка Архин, присоединившийся к ним чуть позже, поправлял Эла или добавлял что-то от себя. Макрена и Прут восторженно глядели на Эла – эльфа, остановившего колдуна.
    Эл рассказывал и радовался, что те беззаботные времена, в конце концов, вернулись. Пускай Сун затерялась в огромной Антарии и найти её не представлялось возможным, а Элед погиб в ту ужасную ночь. Пускай новые друзья не смогут в полной мере заменить ему старых, но с ними так же хорошо, как и в те минуты, что проводили возле разрушенной крепости четверо подростков из деревенских семей.
    – Что теперь собираешься делать? – спросил Прут, когда рассказ был закончен. – Может быть, вступишь в королевскую армию? Ах, нет… – улыбнулся он. – Я и забыл, что тебе армия не нужна, один можешь целые страны захватывать…
    – Нет, – не оценил шутку Эл, – я сейчас отправлюсь на север к родителям. Да и то, что со мной случилось в тот ливень… Знаешь… Лучше бы это не повторялось… Кто знает, каких я бед могу натворить в подобном состоянии.
    – Может, ты и прав… – пожал плечами Прут. – Слушай, а можно с тобой на север, а?
    – Конечно. Почему нет. Только идти нам придётся через горы.
    – Без проблем. Я не против и через горы.
    – А я останусь здесь, – взгрустнула Макрена, – мне учиться нужно…
    – Не волнуйся, – подмигнул Эл, – Алиена разрешила мне повидать родителей месяцок-другой, а после сказала возвращаться. Мне нужно учиться контролировать то, что внутри меня. Так что в скором времени я присоединюсь к тебе.
    – Это хорошо. Только два месяца, это же так долго…
    – Не волнуйся. Не успеешь оглянуться, они пройдут.
    – Если бы…
    – Ей, – воскликнул Эл, – не грусти.
    – Хорошо, – слегка натянуто улыбнулась Макрена, – не буду. До сих пор не могу поверить, что весь этот кошмар закончился. Теперь не нужно бояться и прятаться.
    – Теперь всё будет по-другому, поверь. Архин, Прут пошли собираться. Мне хочется поскорее увидеться с родителями…
    – Идём, – Прут с Архином встали, готовые выдвинуться хоть сейчас.

***

    – Меня всерьёз беспокоит то, что рассказал Амбассор, – поделилась Алиена, когда Ирена поведала сказанное Амбассором после её ухода. – Я уверена, что он правдив с нами, это даже не обсуждается. Но откуда взялись эти странные эльфы и какие цели они преследуют – непонятно. Их возможности, судя по всему, стоят на одном уровне с твоими. Всё, что мы знаем о них, это то, что их как минимум двое, они ходят в чёрных рясах с рисунком древа, а также то, что им удалось обнаружить Длань Эрефа и использовать её против нас. Не много, согласись…
    – Да. Хотя ещё можно упомянуть их возможность телепортироваться… Интересно, сколь дальние расстояния им подвластны?
    – Не знаю. Сейчас после победы у нас слишком много дел, чтобы разбираться ещё и с ними. И, знаешь, нам очень повезло, что эльфы выбрали в качестве исполнителя именно Амбассора. Всё могло бы обернуться куда хуже, окажись посох в руках другого человека.
    – Я знаю, – кивнула Ирена.
    Когда Ирена сказала Амбассору, что он помог многое понять, провидица лукавила. Бывший колдун, ответив на заданные вопросы, сам того не желая, поставил перед ней другие, ответы на которые найти гораздо сложнее.
    – Хорошо, – выдала Алиена после нескольких минут раздумий. – Я постараюсь узнать больше об этих эльфах, а ты займись возрождением народа, ну и всем тем, что с этим связано. Главное, будь всегда начеку, кто знает, что у эльфов на уме. – Ирена поняла, что Алиена подразумевает не только странных эльфов, необходимо держать в поле зрения ещё и Волака, Эвила и прочих. Тех, кто может сделать неверный шаг. – Макрену возьму с собой, займусь её обучением в пути. Вернусь, как только узнаю об этих эльфах что-нибудь интересное. Отправлюсь завтра с утра.
    – Ладно. Только, может, лучше оставить Макрену со мной?
    – Не волнуйся. Мы же пойдём за информацией. В этом нет ничего опасного. Да и у тебя на одну обязанность будет меньше.
    – Хорошо. Убедила, – улыбнулась Ирена.
    – Кстати, насчёт Эла. О нём тоже не стоит беспокоиться. Я разрешила ему навестить родителей, вскоре он отправится с Архином на север. Думаю, он сможет держать себя в руках.
    – Когда ты это говоришь, ты подразумеваешь, что он не выплеснет энергию в очередной раз?
    – Думаю, да. В конце концов, я же не могу заставить его остаться здесь. Он сам сделал этот выбор. Да и энергия в его теле вела себя спокойно, до вчерашнего дня.
    – Н-да… Проблем слишком много… – вздохнула Ирена. – А мне казалось, после колдуна будет проще.
    – Зря тебе так казалось. А насчёт проблем могу дать совет: нагрузи ими других.
    – В смысле?
    – Не делай всё сама. К примеру, дай задание Элу те, что связаны со снежным краем. Он может за себя постоять и народу помочь. Не стоит относиться к нему как к ребёнку. Да и Димара стоит подключить.
    – Хорошо, я подумаю, – сказала Ирена, а позже добавила, – Боже, как подумаю, сколько дел появилось, худо становится. Кажется, будто решаю одну проблему, а вместо неё появляются ещё две.
    – Так бывает. Помнишь сказку о драконе, которому рубили голову, а вместо неё вырастало ещё две. Чтобы его сразить, нужно пронзить сердце. Так вот, чувствую, что у наших проблем сердце – странные эльфы.

    – Тейл! Тейл! – кричал Эл, обходя остров и противоположный берег реки в поисках коня. Ни протяжного ржанья, ни стука копыт он не услышал. Тейл пропал. Эл не смог найти друга ни живым, ни мёртвым.
    – Что ж, – подумал он, – даже если бы я нашёл его, взять с собой в горы не смог. На свободе ему будет лучше.
    Он хотел возвращаться к пещере, как услышал за спиной шаги. Эл узнал их, неторопливая и решительная поступь. Шла Ирена. Эл обернулся и понял, что не ошибся. Он, как и многие эльфы, научился распознавать по звуку шагов не только принадлежность к расе, но и личность идущего, если до этого встречался с ним и слышал характер его шагов.
    Например, звук лап индула, ступающих на землю, можно спутать разве что со звериными шагами. Единственное различие между ними в том, что индулы передвигаются на двух лапах. Эльф легко слышит эту малую разницу в звуках. Шаги эльфов, в отличие от людских, более мягки и бесшумны. Их сложно различить заранее среди звуков природы даже опытному следопыту.
    Ирена, видимо, не расставалась с посохом ни на секунду после того, как забрала его у колдуна.
    – Мне Алиена сказала, что ты собираешься на север к родителям, – заговорила Ирена.
    – Да, собираюсь. А что?
    – Я просто хотела попросить тебя выполнить на севере пару дел.
    – Чем смогу, – кивнул Эл.
    – Слушай внимательно. Сходишь в лесное поселение северных эльфов и добьёшься встречи с верховным советом. У него узнаешь причину разделения Антарии, а также могут ли они оказать нам сейчас посильную помощь. Конечно же, перед этим поведаешь им о событиях последних дней. И вот ещё что, – Ирена отдала скрученный и обёрнутый верёвкой пергамент, который до этого держала в руках, – передашь это Верховному эльфу Сайлорского леса. У меня дел не мало, кто знает, когда я смогу освободиться и навестить северных братьев.
    – Без проблем. Я справлюсь. А что в письме?
    – Эл, – загадочно улыбнулась Ирена, – ты же не являешься мастером дипломатических разговоров?
    – Нет, – пожал плечами Эл.
    – В письме то, что поможет свести разговор с советом к минимуму. Если хочешь, можешь позже прочитать его. Я не против.
    – Хорошо. Прочитаю, чтобы иметь представление, о чём следует сказать, а что совет узнает из твоего письма.
    – Отлично. Держи ухо в остро и попытайся что-нибудь разузнать о силе Вайленда или Симорга, оставленной ими в Антарии перед уходом. Запоминай даже легенды, сказания, какие-то слухи. Мы ничего не знаем об артефактах этих двух богов, а хотели бы, поэтому важна, может быть, любая мелочь.
    – Тоже не проблема, если что узнаю, передам по возвращении вам.
    – Только не додумайся в открытую расспрашивать совет об артефактах.
    – Не буду. Что я, глупый.
    – Я так не говорила, – потрепала Эла по макушке Ирена. – Будь осторожен на севере, – добавила она.
    Ирена не доверяла северным эльфам, именно поэтому попросила Эла не рассказывать совету об артефактах и быть осторожнее. По её мнению, северные эльфы вполне могли быть инициаторами перекрытия границ с Южной Антарией. Ирена опасалась, что странные эльфы в чёрных рясах – выходцы снежных лесов. Слишком долгое время от их северных братьев не было вестей и это не могло не настораживать.
    На самом деле у Ирены для Эла было ещё одно задание, но она решила не рассказывать об этом, так как ощущала уверенность, что Эл раздобудет данную информацию без лишних напоминаний. Ирена твёрдо знала, Эл спросит родителей, как появился у них, от кого усыновили эльфа. Ей же останется расспросить об этом по прибытии Эла из-за гор.
    – Теперь идём. Я слышала, твои друзья собирают вещи для похода.
    – Да. Мы хотим отправиться сегодня. Мне и собираться-то не нужно, все необходимые вещи – мой рюкзачок, клинок, лук, подаренный Димаром, и колчан стрел.
    – А пища, тёплая одежда? На севере холодно.
    – Знаю, – отмахнулся Эл. – Архин обещал достать всё это. Сказал, вернётся часа через три. Мы с Прутом готовы, ждём только его.
    – Хорошо. Кстати, насчёт Макрены не волнуйся, Алиена приглядит за ней, пока тебя не будет, – подмигнула Ирена.
    – Я знаю. Алиена говорила, что собирается обучать её.
    – И вот ещё что. Думаю, когда ты вернёшься из-за гор, мы будем в Руанском лесу. Чтобы тебе не пришлось искать нас.
    – Ладно. Я учту.
    Когда они подошли к пещере, Ирена отправилась по своим делам в «обеденный» отсек, а Эл присоединился к Пруту ожидать возвращения Архина. Жизнь в сопротивлении после победы над колдуном остановилась. Все будто хотели дождаться чего-то, прежде чем приступить к плану по возрождению расы. Архин не заставил ждать долго, он вернулся, как и обещал, почти через три часа после своего ухода. Принёс с собой запас еды и тёплую одежду: шапку, куртки, перчатки и тёплые ботинки. На вопрос, как он её раздобыл, Архин лишь невнятно подрыкивал. Одежда пришлась впору Пруту и оказалось слегка мала для Эла. Архин, извинившись, пояснил, что это был самый крупный размер.
    Сняв одежду, они разложили её по рюкзакам. В Южной Антарии в тёплых вещах не было никакой надобности.
    – Всё вроде готово. Выдвигаемся? – спросил Прут у Эла.
    – Конечно. Идите к северному берегу, я вас догоню, – махнул рукой Эл, – нужно предупредить Ирену, что мы ушли.
    – Будем ждать, – подмигнул Прут, надевая тяжёлый рюкзак на спину.
    Дождавшись, когда Прут с Архином покинут пещеру, Эл поторопился в обеденный отсек, там он застал Ирену с Димаром, эльфов-близнецов и Волака, они, судя по всему, распределяли обязанности, которыми следует заняться в первую очередь. Голоса, мгновенья назад, обсуждавшие насущные проблемы, затихли. Все устремили взор на Эла.
    – Уходишь? – спросила Ирена.
    – Да. Архин с Прутом отправились к берегу, сейчас через реку переберёмся и в путь.
    – Что ж, удачи.
    – Спасибо. Ирена, ты извини, что ухожу, когда вам так пригодился бы лишний эльф.
    – Ничего. Главное не забудь, что можешь помочь нам, находясь там.
    – Хорошо. Не забуду. Не знаешь, где Макрена?
    – Знаю. На поляне, отойди немного восточнее от выхода из пещеры, встретишь её.
    – Откуда такая точность? – удивился Эл.
    – Она с Алиеной там разговаривает.
    – Ладно. Удачи вам здесь. Надеюсь, ещё увидимся.
    – Обязательно увидимся, – пожал руку на прощанье Димар. – Береги себя. Север – место опасное.
    – Знаю. Пока, – Эл махнул рукой и поспешил по коридору к выходу.
    Он нашёл Макрену там, где говорила Ирена, на поляне. Эльфийка сидела на траве, поджав ноги под себя, и слушала Алиену. Увидев Эла, она извинилась перед провидицей, встала со своего места и подбежала к нему:
    – Эл, ты не поверишь! Я тоже отправляюсь в путешествие!
    – С нами, – не смог скрыть радости Эл.
    – Нет. У Алиены появились неотложные дела. Она возьмёт меня с собой, чтобы не откладывать из-за них обучение. – Макрену затронула радость Эла. По спине пробежал холодок. – Мы выдвигаемся завтра утром.
    – Рад за тебя. А мы выходим уже сейчас.
    – Уже сейчас? – переспросила Макрена.
    – Да. Архин и Прут ждут меня, – Эл заметил, что Алиена уходит подальше в лес, чтобы дать им возможность попрощаться. Ведь он не увидит Макрену два месяца. Только сейчас Эл осознал, насколько это долго.
    В воздухе нависла неловкая тишина, Эл понимал, что нужно что-то сказать, но слова застряли на подступах, осев где-то в голове. Он просто смотрел на Макрену, пытаясь понять, о чём она думает. Нравится ли он ей так же, как нравится она ему? У Эла появилась горящее желание нежно обнять подругу на прощанье, но скованность движений могла испортить всё впечатление от объятия.
    – Ну, до встречи, – пожал плечами Эл, проклиная себя за нерешительность.
    Макрена, ничего не ответив, сделала неловкий шаг к Элу и нерешительно поцеловала эльфа. Тот, в конце концов, почувствовав лёгкую раскованность мыслей и действий, ответил на поцелуй, поражаясь себе. Душа от нового чувства взлетела к небесам, а ноги подкосились от волнения. В эти мгновенья Эл забыл обо всём на свете, обо всём, кроме Макрены.
    – Я люблю тебя, – нежно проговорил Эл, после поцелуя.
    Он держал Макрену за руку и смотрел ей в глаза, пытаясь прочитать в них ответ. Но в глазах девушки он увидел грусть, которая никак не сочеталась с широкой улыбкой. Эл растерялся. Он не понимал, что произошло. Почему она скрывает грусть за улыбкой? Попытавшись отогнать грустные мысли, Эл решил, что Макрена грустит из-за расставания с ним. Судя по всему, он ей нравился ничуть не меньше, чем она ему.
    – Ты мне тоже нравишься, – сказала она через некоторое время. – Очень… Вернее, я тебя тоже люблю… Кажется… Понимаешь, я как тебя увидела в Руанском лесу, сердце ёкнуло и с тех пор стучит быстрее. Мне очень хорошо рядом с тобой, думаю, это и есть любовь…
    Эл заметил, что Макрена едва сдерживает слёзы. Он не мог понять, что произошло. Что он сделал не так? Почему Макрена расстроилась? Почему путается в словах, неужели не любит? А может, волнуется, как и он сам? А что, если действительно не любит, а обидеть не хочет? В таком случае, зачем поцеловала?
    Вопросы в голове водили хоровод, но ответов среди них не было. Отогнав все сомнения, Эл обнял Макрену, наслаждаясь последними секундами рядом с ней. После прильнул губами к её щеке и произнёс:
    – Макрена, прости. Меня ждут. Нужно идти. До встречи. Обещаю, вернусь так скоро, как смогу. Навещу родителей и вернусь. Я люблю тебя, – помахал он рукой на бегу, постоянно оборачиваясь к Макрене.
    – И я тебя, – негромко произнесла девушка.
    Макрена, улыбаясь, провожала Эла взглядом. Теперь, когда она нашла в себе силы рассказать ему о своих чувствах, сделать решающий шаг, им приходилось расставаться. Она даже не успела побыть с ним рядом, до последнего момента надеясь, что Эл передумает и останется. Тогда никакое обучение, никакая Алиена не смогли бы её заставить отправиться в путешествие. Как же было тяжело смотреть и осознавать, что не увидит его два месяца. Ей хотелось плакать, но она не плакала. Не могла себе позволить подобной слабости. Эл не должен переживать. Пускай вспоминает её только с улыбкой на лице и никак иначе.
    Как только Эл скрылся за деревьями и ушёл далеко от поляны, Макрена рухнула на землю и зарыдала. Она плакала несколько минут, не находя в себе силы сдерживать накопившееся напряжение.
    – Успокойся, Макрена, – положила руку на плечо девушке, пришедшая провидица, – ты не удержала бы его, даже если попыталась. Он решил отправиться к родителям. Успокойся. Два месяца в пути пролетят, не усеешь оглянуться. А у нас есть дела, важнее, чем оплакивать ваше расставание. Вставай.
    Макрена до глубины души поразилась прямолинейности наставницы.
    – Моё счастье было так близко, а я его упустила, – сказала она, утирая слёзы.
    – Почему упустила? Он же рано или поздно вернётся к тебе.
    – Конечно, – пожала плечами Макрена, – вернётся.
    – Вот и всё. И нечего плакать. Ты же эльфийка.
    – Одинокая эльфийка, – поправила Макрена, на что провидица лишь улыбнулась, решив не вступать в спор с ученицей.

***

    Оставив Димара недалеко от Лоэсского леса, Ирена прошла вглубь, чтобы сделать первый шаг в восстановлении родного дома. Подняв Длань Эрефа над головой, она вложила в посох всю оставшуюся в ней энергию. Слившись в один поток, магия Эрефа и магия Ирены вырвались на свободу. Провидице необходимо было направить этот поток и сосредоточить его в определённых местах. Ирена восстанавливала защиту Лоэсского леса, разрушенную во времена нападения на эльфов.
    Защита каждого эльфийского леса была создана в годы заселения Антарии. Она состояла из нитей энергии, переплетённых и проходящих сквозь каждое дерево леса, сквозь каждое живое существо. Защита не могла противостоять физическим проникновениям в лес, будто каменная стена вокруг леса. Она защищала жителей от магического воздействия. Если бы шестнадцать лет назад колдуну не удалось разрушить защиту – лесной пожар не уничтожил бы и трети деревьев, а на пепелище через пару лет выросли бы молодые ростки могучих исполинов.
    В некоторых источниках говорилось, что нити энергии, образующие защиту леса, имеют скрытые функции, проявляющиеся в чрезвычайных ситуациях. Так, например, многие верили, что нити способны воззвать к духу древа и вызвать его в наш мир в виде энта. Среди некоторых эльфов существовало поверье, что рождённые с судьбой друида получают первую энергию через нити.
    Сосредоточившись на восстановлении нитей, Ирена не обратила никакого внимания на незримое присутствие в её ритуале кого-то постороннего.
    Она плела нить за нитью, прокладывая её от корней деревьев и до самой высокой точки леса. В голове весьма некстати всплыли картины из детства: прогулки с друзьями, ураганчики из опавших листьев, творимые отцом. Отогнав мысли, способные помешать работе, она продолжила восстановление.
    Когда весь лес был покрыт незримой паутиной теней, Ирена опустилась на колени и тяжело вздохнула. Восстановить защиту трёх лесов, пускай даже с помощью силы Эрефа – дело не из лёгких. Если бы не Алиена, имеющая представление о строении защиты, у Ирены бы ничего не вышло. Именно Алиена готовила провидицу к этому тяжёлому, а главное ответственному процессу.
    Времени на отдых не было, поэтому провидица перевела дух, встала и пошла к одному из выжженных деревьев. На протяжении шестнадцати лет многие из них стояли как изваяния, не протягивая веток к небу, не укрывая наготу листьями. Ирена положила руку на дерево и почувствовала лёгкое тепло, исходящее из него. У неё снова получилось.
    – Нужно возвращаться к Димару. Ещё много дел, – решила Ирена.
    Выйдя из леса, она легко улыбнулась Димару, давая понять, что с ней всё в порядке. Но слабая улыбка на измученном лице не убедила эльфа.
    – Может, прежде чем отправляться в Лову, передохнём?
    – Нет. Мы без того потратили много времени. Думаю, Элбер предоставит нам возможность для отдыха.
    – Как скажешь, – пожал плечами Димар, – идём. Только уставший вид может помешать в переговорах.
    – Не помешает, будем давить на жалость, – улыбнулась Ирена, – у тебя рука сломана, я уставшая. Пусть думают, что мы не в силах постоять за себя.
    Ирена пошла вслед за Димаром, решив не посвящать его в свои опасения: ей казалось, что камень в посохе становится холоднее и с каждой следующей минутой всё сильнее тускнеет. Это было весьма некстати, ведь сейчас посох являлся гарантом безопасности всех эльфов.
    Совет, собранный после победы над колдуном, постановил заняться возрождением былого величия эльфийского народа. Сказать, как обычно, было легче, чем сделать. Выживших со всей Антарии набралось бы несколько десятков, не больше. Восстановить былую численность эльфийского народа в таких условиях не представлялось возможным. А ведь именно эльфы, их количество и желание помогать были залогом успеха в возрождении. Эл, отправившийся на север, даже не предполагал, как много зависело от него. Если Северные эльфы согласятся помочь южным, проблема с численностью исчезнет быстрее, чем можно предположить. Кроме того, на совете было решено, чтобы как можно меньше людей и эльфов знали о том, что Амбассор остался жив.
    Вскоре Ирена и Димар добрались до столицы людской жизни – города Лову. Охрана без лишних вопросов пояснила, как пройти к дому короля. Горожане с нескрываемым любопытством смотрели на неожиданных гостей и в открытую перешёптывались, разглядывая эльфов.
    – Я бы предпочёл, чтобы на меня не пялился каждый, – нарочито громко сказал Димар, оглядываясь вокруг.
    – Не обращай внимания, – шепнула Ирена, – они думают, что мы сумасшедшие, раз осмелились явиться в город. Надеюсь, Элбер отнесётся к нашему визиту нормально, иначе придётся заставить его разговаривать на равных, – взглянула Ирена на посох.
    – Не знаю. Не знаком с Элбером лично, но придерживаюсь мнения – какой король, такие и поданные.
    – Посмотрим. Смысл гадать, если мы почти пришли, – пожала плечами Ирена.
    Эльфы подошли к высокому зданию, стоявшему в самом красивом и прибранном районе города. Дом, в котором жил Элбер, был окружён высоким забором, а у входа стояла стража, охраняющая покой государя. Как только Ирена и Димар подошли к плечистым парням, закованным в латы, один из них доложил:
    – Король Элбер ожидает в приёмном зале. Я провожу вас.
    Димар, недоумевая, посмотрел на Ирену, безмолвно спрашивая: «Твоих рук дело?»
    – Не волнуйся, – прошептала она ему на ухо, – моя работа лишь человек на входе в город. Он пропустил нас, а сам побежал докладывать о визите двух эльфов королю.
    – Забавно, – улыбнулся Димар, – а я всё делаю по своей воле?
    – Конечно. Я не играю с разумом без надобности.
    Ирену с Димаром проводили в большой зал, стены которого украшал разнообразный орнамент. Ирена подметила, что символика Эрефа вышла из жизни людей, в то время как в каждом эльфийском доме, до пожара, можно было заметить символ Симорга – древо. Трон, стоявший в зале, видимо, был установлен лишь для важности, так как Элбер занимал место за столом переговоров. По периметру помещения располагались стулья для людей заинтересованных, но не участвующих в переговорном процессе. Сегодня таких не было.
    – Ты можешь идти, Вил, – обратился Элбер к охраннику, проводившему эльфов.
    – Да, Ваше Величество, – отчеканил охранник.
    Элбер был немолодым мужчиной, однако седина не затронула его волосы. Ни бороды, ни усов на лице короля не было, что делало его чуточку моложе в глазах окружающих.
    – Прошу, занимайте места, – пригласил Элбер, эльфов, – нам есть, что обсудить.
    – Для начала ответьте на один вопрос, – произнесла Ирена заготовленную фразу, оставшись при этом на месте. – Кто для вас эльфы: союзники, народ, который вас не интересует, или существа, мешающиеся под ногами.
    – Глупый вопрос, – лицо короля расплылось в ухмылке. – Вы не можете мешаться под ногами. Чтобы посмотреть вам в глаза приходиться задирать голову. Даже если бы я считал эльфов врагами, – пояснил Элбер, – я не настолько глуп, чтобы сказать вам об этом, не имея за плечом охраны. Да и вас простые слова не убедят. Пройдите за мной, – встал Элбер с места, – я покажу вам кое-что интересное, что разъяснит мои намерения. А уж после продолжим разговор.
    – Вы нас заинтересовали, – улыбнулась Ирена в ответ. – Ведите. Любопытно посмотреть.
    Элбер встал с места и отправился к двери, что находилась недалеко от трона. Димар и Ирена пошли за ним.
    – Думаешь, это безопасно? – шепнул Димар провидице.
    – Не сомневаюсь. Если бы он захотел нас убить, он бы уже попытался это сделать.
    Димар кивнул, но слова Ирены его не убедили. Их путь пролегал через бесконечные помещения, коридоры, лестницы, и вёл на нижние этажи здания, возможно, даже в подвалы. Ирена, не снижая бдительности, разглядывала красоты королевского дома. Оформители всерьёз потрудились даже над самыми отдалёнными коридорами и залами, всюду на окнах висели пышные портьеры, стояли оригинальные, красивые, иногда даже устрашающие статуи, а мягкие ковры с великолепными узорами, лежащие всюду в королевском доме, заслуживали отдельного внимания.
    – Как вас зовут? – спросил Элбер, обернувшись к эльфам, не сбавляя хода.
    – Меня – Ирена, а мой друг – Димар, – коротко пояснила провидица.
    Эльфы и король спустились в очередной коридор. Он резко отличался от предыдущих тем, что сюда совсем не проникал свет, а стены и пол не украшали ковры и картины. Огонь свечей, стоявших в канделябрах, лишь слегка разгоняли тьму, стоявшую в коридоре. Ирена испустила свет из посоха, чтобы не оступиться в потёмках.
    – Что он хочет показать нам? – думала провидица. – Вряд ли на нашем пути засада или какая-то другая опасность… Это так или иначе связано с истреблением эльфов или колдуном. Король ведёт нас в подвал здания. Что там может быть? Может, заключённый, связанный с колдуном? Индул?.. Наёмник?.., – мелькали в голове догадки. – А может, ему удалось вырвать эльфа из рук наёмников и выходить его? В любом случае он вряд ли бы пошёл на то, что могло бы нанести вред людям. Может, он ведёт нас к мощному магическому артефакту, который прячет от колдуна. Возможных вариантов слишком много, проще подождать и увидеть всё своими глазами.
    Ирена посмотрела на спину Элбера, утопающую в темноте и вопреки своему решению продолжила цепочку предположений:
    – А что, если интуиция меня обманывает и он вовсе не на стороне эльфов? Ведь он не знает о поражении колдуна… Чего стоит ожидать от людского короля, если он решит убить их?..
    Мысли Ирены, постепенно переходящие лишь в сомнения, прервал король:
    – Храбрый поступок с вашей стороны - явиться в город, где каждый третий готов перерезать вам глотку, – снова попытался завязать разговор Элбер.
    – Он перестает быть храбрым, как только ты осознаешь, что сам можешь перерезать что угодно и кому угодно, – зло отозвался Димар.
    – Простите. Я ни в коей мере не хотел вас обидеть. Мне лишь любопытно, с какой целью вы пришли ко мне.
    – Давайте обсудим это, после того, как посмотрим на то, что вы хотите показать, – сказала Ирена.
    – Хорошо. Мы, собственно, пришли.
    Элбер подошёл к одной из дверей коридора и, вставив ключ в замочную скважину, повернул его. Раздался щелчок. В коридоре на мгновенья нависла абсолютная тишина. Димар положил руку на эфес меча, а Ирена лишь улыбнулась, готовая к любому развитию событий.
    Король распахнул дверь, за ней оказалась винтовая лестница, ведущая вверх. Лестница привела к очередной запертой двери. Ирена с Димаром услышали звук сражения. За дверью шёл бой.
    – А дружеская ли ведётся дуэль? – подумала Ирена.
    Элбер открыл дверь. Лица эльфов вытянулись от удивления, а в глазах отразилось непонимание происходящего.

Год нападения на эльфийские леса

    Амбассор пожал руку королю Элберу, вставая из-за стола переговоров.
    – Благодарю вас за понимание. Очень надеюсь, что обязанности, заключённые в договоре, будут беспрекословно выполняться вами, – сказал колдун.
    – Как и вами, в свою очередь, – улыбнулся Элбер.
    – В этом можете не сомневаться, я держу своё слово.
    Амбассор покинул королевский дом. Элбер тяжело вздохнул. Не прошло и пяти лет с момента его восхождения на трон, как начали происходить события, требующие незамедлительного решения. И зачастую, как сейчас, приходилось идти наперекор убеждениям, ради народа, присягнувшего ему.

***

    Кардин бежал что есть сил, моля Симорга спасти его от стрел преследователей. Оглядываясь, он видел всё тех же людей, бегущих за ним и кричащих что-то нечленораздельное. Кардин даже не пытался разобрать слов преследователей. До укрытия оставались считанные метры. Собрав последние силы, Кардин разбежался и нырнул в озеро. Проплыв несколько метров вдоль берега, он свернул в подводную пещеру, которая на протяжении нескольких месяцев служила для него домом.
    Преследователи Кардина, служащие королевской армии, забравшись в воду, не смогли обнаружить эльфа. И после нескольких минут безуспешного поиска бросили это дело.
    – Король будет недоволен, узнав, что мы убили одного эльфа, – сказал капитан группы.
    – Плевать, это не такое простое дело, носиться за этими высокорослыми. Если отдает такие странные приказы, объяснял бы нам их причину. Если так хочется, пускай сам вылавливает этих эльфов.
    – На то мы и придворная армия, чтобы выполнять приказы короля, не обсуждая их.
    – Обычно в логичности приказов сомневаться не приходится, здесь же совершенно другой случай. Я на службе более восьми лет, но за эльфами гоняюсь впервые, – солдат сплюнул в воду, продолжая бормотать что-то нечленораздельное.
    – Эти гонки за эльфами выгодны лишь наездникам на грифонах. У тех хоть работа появилась, а то птички в гнёздах совсем засиделись. Нам же что? – мужчина плюнул.
    – Возвращаемся в Лову. Ремин и Фриг, оставайтесь здесь. Не думаю, что эльф выйдет из воды в окрестностях восточного берега, но подстраховаться стоит. Даже если он в подводной пещере, есть шанс, что он выйдет здесь, отправившись за едой.
    – Есть, – отозвались Ремин и Фриг.
    – Ждите сутки, если ничего не произойдёт – возвращайтесь в город, – приказал капитан. – Будьте начеку. Эльф нам не верит и вполне обоснованно захочет отомстить за товарища.
    В это время в пещере Кардин вылез из воды. Он щёлкнул по кольцу, одетому на палец, отбрасывая на горстку заготовленного хвороста яркие искры. Сухие ветки в мгновение ока вспыхнули и загорелись ярким огнём, осветившим всю пещеру.
    Рассматривая пляшущие тени, он думал о том, что делать теперь. Теперь, когда друг Нелатар, с которым он полгода бегал от индулов, наёмников и колдуна, погиб. И не просто погиб, его убили. Убили члены королевской армии. Даже людской король встал против эльфов. Что происходит с миром? Древние союзы разрушаются, эльфы погибают один за другим…
    Отбросив пустые размышления, которые могли привести лишь к помутнению рассудка, Кардин открыл одну из бутылок с вином, которые они с Нелатаром выкрали из погреба вельможи, проживающего в Лову.
    Качественное, выдержанное вино, которое в другой ситуации вызвало бы лишь вздох одобрения, сейчас показалось Кардину чем-то несущественным. Сделав ещё глоток, эльф закрыл бутылку и поставил её на место, в ящик с заготовленным продовольствием. В голове прояснилось, все рассуждения вытеснил холодный расчёт, он знал, что должен делать.
    Выплыв из пещеры, Кардин обогнул лагерь двух караульных, оставленных на берегу реки, и без единого звука начал прокрадываться к их спинам. Осталось лишь пару метров. В руке молниеносно появился кинжал. Эльф забыл обо всём. Лишь месть имела значение. Ещё шаг. Через мгновенья королевские собаки поплатятся за совершённое. Через мгновенья кинжал рассечёт их кожу и исказит наглые улыбки на лице. Ещё шаг. Они ничего не слышат. Но что это? Шум? Шаги сзади! Они не одни!
    Не успел Кардин оглянуться, как на голову опустилось что-то тяжёлое. От резкой боли эльф упал на колени, а сознание провалилось во тьму.
    – Неужели ты, глупый эльф, думал, что я оставлю своих людей одних, – усмехнулся капитан группы, высланной на поимку эльфов. – Свяжите его, – обратился он к Ремину и Фригу, подбежавшим к капитану. – Возвращаемся в Лову.
    – Вы не сильно его? Короля не устроит, если и этот погибнет.
    – Не волнуйся, соображать будет, а этого достаточно. Пошли.

    Очнувшись, Кардин первым делом огляделся вокруг, без труда догадавшись, куда попал. Он лежал на кровати одного из деревенских домов, связанный по рукам и ногам. Клинок и кинжал изъяли, не посчитав нужным снять с пальца кольцо. Он хотел было бежать, но в комнату вошли.
    – Очнулся, наконец, – услышал Кардин голос воина королевской армии. – Вставай, – мужчина дёрнул эльфа за плечо.
    – Пускай поест, – приказал капитан группы. – Иначе скопытится в пути.
    Проклиная себя, эльф поел. Как он, опытный следопыт, умудрился так попасться? Да ещё кому? Человеку! Возможности бежать не было, за ним пристально следили трое членов королевской армии. Никакого оружия. Даже вилку не дали. Отвлечь их? Убежать от людей, конечно, скорости хватит, но вот не догонит ли эльфа брошенный вслед кинжал или нож. Нет, необходимо было выбрать более подходящий момент.
    После обеда в глазах эльфа почернело. Он вновь упал без сознания, с трудом осознавая, что происходит. Видимо, пища, предложенная ему, содержала специфические специи, приготовленные королевскими алхимиками.
    Вскоре они продолжили путь в столицу Антарии – эльф со связанными руками и без сознания и три воина, двое из которых поддерживали Кардина за руки.

***

    В неописуемом страхе озираясь по сторонам, член королевской армии шёл по индулской деревне. На него смотрели сотни глаз. Ему хотелось бросить мешок, перекинутый через плечо, и бежать куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого места. Но наказание за невыполнение приказа заставляло пересиливать врождённый инстинкт и подходить всё ближе к шаману индулов. Его начальник остался недалеко от деревни, решив отправить на выполнение королевского приказа молодого паренька.
    – Король Элбер шлёт вам это, – сбросил со спины мешок парень. – Пока это всё, что удалось поймать, – заикаясь произнёс он.
    – Один эльф? – прорычал шаман.
    – Да. Как вы знаете, вылавливать эльфов - дело не из лёгких, но люди делают всё, чтобы сохранить мир между двумя нашими народами, – произнёс королевский солдат, заранее заготовленную фразу.
    – Что ж, неплохо. Передай вашему королю, что Амбассора устраивает вклад в развитие общего дела. Удачи, человек.
    Парень оглянулся на индулов, которые будто подходили всё ближе, и бросился бежать прочь из деревни. Вслед ему слышалось удовлетворённое улюлюканье индулов, отдалённо напоминающее смех.
    – Готовьте церемонию, – обратился Грох к индулам.

***

    – Оставьте нас, – приказал король, когда связанного эльфа ввели в тронный зал.
    – Есть, – в один голос ответили трое членов группы и вышли за дверь.
    – Как тебя зовут? – спросил король эльфа.
    – Какая разница? Хотите надпись на надгробии выбить? – проворчал Кардин.
    – Не разделяю твоего настроения. Я собираюсь сохранить тебе жизнь, дать убежище на время войны.
    – Никакой войны нет, она была проиграна эльфами в тот же день, как началась.
    – Ошибаешься, – голос короля был мягок, он как отец разъяснял что-то эльфу, будто неразумному сыну. – По всей Антарии в живых осталось несколько сотен эльфов и ситуация такова, что на полное истребление эльфийского народа колдуну и его приспешникам понадобится более двадцати лет. За это время многое может произойти. Я хотел бы сохранить ваш народ. Мои люди вылавливают вас для вашего же блага.
    – Звучит так, будто вы хотите сохранить редкий вид животного, чтобы вашим детям было на что посмотреть.
    – Думай, что хочешь, я не хочу, чтобы эльфы исчезли с лица земли. А как ты это трактуешь, не моё дело.
    – А Нелатар? Ему вы тоже хотели только добра?
    – Кто такой Нелатар? – насторожился Элбер. – Твой друг, которого убили мои люди?
    – Да. Он самый. Как вы ему помогли? Убили? – уставился эльф на короля.
    – Да, мы убили его. Но при этом помогли другим эльфам, а также людям, отведя взгляд Амбассора от нас.
    – Забавно. Вы всегда таким образом проблемы решаете? Принося в жертву невинных? – съязвил Кардин.
    – Его бы в любом случае убили. И тебя бы убили. Наёмники, индулы, сам колдун – какая разница?
    – Вы слишком самоуверенны. Эльф может за себя постоять, тем более, когда он не один. Тем более, когда эти эльфы Нелатар и Кардин.
    – Так значит, тебя зовут Кардин? – удовлетворённо ухмыльнулся король.
    – Какая разница! Я не собираюсь отсиживаться в вашем убежище.
    – Дурак! – вскричал король. – Из-за глупых принципов отвергать спокойную жизнь.
    – Живите сами своей спокойной жизнью, она не для эльфов.
    – Дурак, – уже спокойнее проговорил Элбер. – Делаешь жертву друга напрасной.
    – Ни он, ни я не хотели этой жертвы.
    Король открыл дверь, через которую вышла стража, и отдал приказ:
    – Рулус, отведи его в убежище.
    – Он против? – услышал Кардин вопрос из-за двери.
    – Да.
    – Хорошо. Будет сделано.
    В зал вошёл высокий, статный мужчина. На вид ему было лет тридцать. Грубые черты лица придавали ему чересчур серьезный вид, а густая борода средней длины скрывала лёгкую улыбку капитана. Подхватив эльфа под руку, он поднял его со стула и повёл прочь из зала.
    – Помнишь о нашем уговоре, капитан? – спросил вдогонку Элбер.
    Рулус что-то нечленораздельно крякнул.
    Кардин несколько минут шёл по коридорам, рядом с человеком, не говоря ни слова, пока не решил, что пора.
    – Какие же вы люди наивные, – проговорил он. – Вы извлекаете из всего выгоду и заключаете с совестью некие договоры, которые оправдывают вас в своих же глазах. Вы свои недостатки оправдываете заботой о других, – Рулус ничего не ответил на тираду эльфа. – И главное, вы слишком часто считаете, что всё под контролем, хотя на самом деле это не так.
    Рулус насторожился. Кардин злорадно ухмыльнулся. В эту секунду в воздухе навис запах жжёных волос, а в следующее мгновенье перед глазами капитана вспыхнул огонь. Узел на верёвке, которой были связаны руки эльфа, тоже сгорел в мгновенье ока. Эльф рванулся к окну, которое по его расчётам выходило во двор и находилось невысоко над землёй. Но не успел он выпрыгнуть во двор, как в очередной раз упал без сознания, получив удар по голове.
    – Не знаю, как ты это сделал, но я не люблю подобные сюрпризы, – проговорил Рулус, потирая обожженное лицо.

***

    Очнулся Кардин в мягкой постели, голова невыносимо гудела. Видимо, два мощных удара, нанесённые по голове эльфа, не прошли бесследно. Мир вокруг казался размытым акварельным рисунком, и на этом рисунке Кардин заметил эльфа, сидящего на кровати рядом.
    Кардин понял, что он находится в убежище, о котором рассказывал король. Рядом с ним сидел один из тех эльфов, которых выловили раньше, до него. Когда вещи вокруг приобрели чёткие черты, Кардин увидел приветствующую улыбку на лице эльфа. Казалось, будто он целую вечность может глядеть вот так, улыбаясь, не говоря ни слова.
    – Кто ты? – спросил Кардин у эльфа.
    – Меня зовут Анеол, я из Руанского леса. Рулус сказал мне, что ты против жизни в укрытии.
    – Да, – коротко ответил Кардин, оглядывая помещение, в котором оказался. Это была зала с небольшими окнами, расположенными над самым потолком. Вся обстановка включала в себя лишь кровати и большой деревянный стол с множеством стульев вокруг него. На столе стояли ваза с фруктами, большое блюдо, прикрытое крышкой, буханка хлеба и несколько тарелок с ложками и вилками. – А ты, я так понимаю, предпочитаешь быть узником людей, нежели дичью индулов.
    – Конечно. Рулус периодически приносит сюда еду. Здесь безопаснее, чем в лесах Антарии. Раньше, правда, мучило одиночество, но теперь есть ты, мне будет с кем поговорить.
    – Не обольщайся, я здесь надолго не задержусь, – встал с кровати Кардин. Он отметил, что кольца его лишили, видимо, капитан догадался, благодаря чему вспыхнула его борода.
    – Зря ты так. Людской король желает сохранить наши жизни, подвергая опасности свой народ.
    – Конечно. Наверное, взамен на эту помощь он решил убить нескольких эльфов и передать их инудлам.
    – О чём ты? – удивился Анеол.
    – Так ты не знаешь? – на лице Кардина всплыла довольная ухмылка. – Король не только спасает эльфов, но и убивает их, чтобы отвести от себя тень подозрения со стороны колдуна.
    – Бред, – покачал головой Анеол, – такого не может быть.
    – Может. Люди Элбера убили моего друга, а после поймали меня.
    – Но зачем? Это же не логично. Им было бы проще убить вас обоих, чтобы эльфы, живущие в укрытии, не знали о другой стороне действий людского короля.
    – Возможно, и не логично. Кто сказал, что люди всегда поступают по логике или даже по совести? Кстати, ты сказал «эльфы живущие», ты здесь не один? Где остальные? – Кардин подошёл к столу, взял яблоко из вазы и, приподняв крышку, заглянул в блюдо, аромат, достигший носа, напомнил эльфу, что он давно не ел. В блюде оказался искусно приготовленный плов.
    – Пока один. Думаю, постепенно нас будет больше.
    – Согласен. Хотя я уверен, мой друг будет не единственным эльфом, убитым рукой королевской армии, – сказал Кардин, положив яблоко на стол. После он присел на стул и положил в одну из тарелок плова. Подсыпать непонятные ингредиенты в эту пищу у людей не было надобности, поэтому Кардин без опаски начал утолять голод.
    – И что ты предлагаешь? Как по мне, мы должны быть благодарны Элберу за то, что он спасает некоторых из нас.
    – Как бы ни так, – ответил Кардин, – я в жизни не буду благодарен человеку, решающему мою судьбу без моего участия.
    – Что ж, не имею права переубеждать, но останусь при своём мнении – здесь вполне сносно, – сказал Анеол. Перебравшись на свою кровать, он достал из-под подушки какую-то книгу и продолжил чтение с заложенного места, давая собеседнику возможность нормально поесть.
    Кардин пробормотал что-то вроде «ну…ну…» и, не отвлекаясь на разговор, продолжил заглатывать пищу.
    – И вот ещё что, – сказал Анеол через несколько минут, подняв взгляд на Кардина, – не думаю, что тебе удастся убежать отсюда. Даже если убежишь из комнаты, тебе придётся преодолеть королевский дом, напичканный охраной и столичный город людей.
    – Возможно, ты и прав. Я подумаю над этим, – Кардин отложил ложку, взял яблоко и, встав со стула, подошёл к единственной двери в зале.
    – Не надейся, дверь крепкая, а оружие у нас забирают. Смирись. У тебя действительно нет ни единого шанса.
    – Ну…Ну… – на этот раз более чётко проговорил Кардин и лёг на свою кровать, вонзив зубы в сочный фрукт. – Как часто сюда приходит капитан?
    – Три раза в сутки. Он приносит еду.
    – Отлично. Подождём, – сказал эльф, скрестив руки за головой и устремив взгляд на потолок.

***

    – Элбер, – подошёл Рулус к королевской чете, отдыхающей в саду, – нужно поговорить.
    Мужчина, который до этого разговаривал о чём-то со своей женой, прекрасной женщиной, держащей на руках годовалого наследника трона Лову, встал со скамьи и отошёл с капитаном охраны подальше от королевы.
    – Что с твоим лицом? – спросил король Рулуса.
    – Пустяки, – махнул рукой капитан. – Эльф попытался бежать, думаю, с помощью этого, – Рулус отдал королю колечко с большим красным камнем. – Судя по всему, вещица магическая.
    – Хорошо, – король убрал кольцо в карман. – Что-то ещё?
    – Да. Я только что относил им обед. Кардин поставил нам условие: либо мы отдаём ему и второму эльфу оружие и, собственно, это кольцо, либо он наложит на себя руки.
    – Дурак! – выругался король. – Хорошо. Выполни его условия, – король вернул кольцо капитану. – И спроси прямо, если он не передумал насчёт жизни в укрытии, отпускай его ко всем чертям. Нам меньше проблем. Иначе он попытается бежать, перерезав десятки моих людей.
    – Без проблем. Будет сделано.
    – И ещё, – добавил король через несколько секунд, – сделай это без лишнего шума, чтобы никто не видел этого эльфа. Люди итак начали догадываться, что ловим мы эльфов больше, чем относим к индулам.
    – Не волнуйтесь. Никто, кроме меня, не знает всех членов королевской армии, гарнизон Лову слишком многочисленный. Одни ловят, другие относят.
    – Пускай все так думают, нам меньше проблем выйдет. Надеюсь, когда-нибудь нам зачтётся эта авантюра.
    – Я могу идти?
    – Конечно, иди, мог бы и не спрашивать, – подмигнул Элбер капитану.

***

    Вдохнув прохладный воздух, Кардин в очередной раз поразился, как просто король отступил от идеи держать его взаперти. Поправив клинки, подвешенные на пояс, эльф отправился к подводной пещере, чтобы вновь ощутить тот приятный вкус опасностей и возбуждающий крик умирающих индулов.
    Темнота ночи, лёгкий ветерок и моросящий дождь, что ещё нужно эльфу, который остался один в этом огромном мире. Искать себе новых друзей казалось бессмысленным: все они либо жаждут найти укрытие вроде того, что предоставляет людской король, либо могут погибнуть в любую секунду, а очередную утрату Кардин мог просто не выдержать.
    Решив не думать о погибшем товарище, эльф глядел на яркий диск луны, который был единственным спутником на долгое время. Наверное, так даже лучше, не нужно опасаться за ближнего, не нужно прикрывать чужую спину. Надеяться можно только на себя и никого более. Кардин решил, что так проще.
    Мелкие капли собирались на бровях, кончиках волос и носу, слетая на землю. Ноги утопали в грязи и лужах, но Кардин не обращал на это внимания, он решил, что отогреется и высушит ботинки, как доберётся до пещеры.
    Минуя деревню Одд, эльф вышел к реке, на противоположном берегу которой находилась деревня индулов. Кардин побрёл по берегу к озеру, которое скрывало убежище. Оно было без охраны и каменных стен, но от этого не менее надёжное, нежели королевское.
    Чуть выше по течению Кардин заметил четыре индулские фигуры, несущие бездвижное тело. Недолго думая, Кардин поспешил к ним. Шакалы собирались погрузить тело на плот, Кардин ни капли не сомневался в том, что в их руках эльф. Злость на индулов возрастала с каждым шагом, и пусть сапоги Кардина хлюпали, он не заботился о незаметности. Эльф знал – индулы не успеют перебраться на тот берег, а за свою безопасность он ручался.
    Четвёрка заметила бегущего эльфа. Двое из них поспешили погрузить тело на плот. Другие двое приготовились к обороне. Достав из-за пояса парочку метательных топориков, они бросили их в Кардина, но ни один из них не достиг цели. Эльф увернулся. Взяв в руки по боевому топору, индулы со свойственной им улыбкой приготовились сражаться.
    Но сражения не произошло. Одно движение клинка Кардина - и голова первого индула слетела с плеч, второе движение - и удар второго индула был парирован, а после кинжал эльфа вонзился в звероподобное сердце. Следующие действия Кардина были настолько быстры, что казалось, будто на берегу проходит хорошо отрепетированный спектакль. Из-за пояса мёртвых индулов Кардин достал по метательному топору, каждый из которых сию же секунду вонзились в сгорбленные спины двух индулов, спасающихся бегством на плоту. Такой скоростью мог похвастаться не каждый эльф. Да Кардин и сам не ожидал от себя подобного.
    Индулы успели отчалить от берега. Кардин поспешил войти в воду, пока плот не унесло течением. На плоту, возле мёртвых инудлов, лежала эльфийка. Кардин взял её и отнёс на берег. Дождь не переставал моросить. С лёгким удивлением и огромной радостью он заметил, что эльфийка дышит.
    Зачем индулам понадобилась живая эльфийка, Кардина не интересовало. Главное – он смог спасти её.

***

    Утреннее солнце отражалось в каплях воды, вылитой на землю за ночь. Кардин, улыбаясь во всё лицо, смотрел на эльфийку, лежащую на кровати. За ночь она так и не пришла в себя. Лицо эльфийки для Кардина было идеально красивым, не портили его даже грязные волосы.
    После событий на берегу, эльф отнёс спасённую девушку в фермерский домик деревни Одд. Благо большинство людей не имели ничего против эльфов и даже стремились помочь им. Главное в поисках помощи не наткнуться на наёмников и королевских солдат. Их впустили в первый же дом, куда постучался эльф, после того, как Кардин рассказал, что произошло на берегу. Жена фермера постелила на кровать старое покрывало и позволила положить на него вымокшую эльфийку. Под утро их обещали накормить, а пока посоветовали лечь отдыхать, не волнуясь о безопасности.
    Несмотря на гостеприимность хозяев, Кардин спать не лёг. Сон не шёл, да и полного доверия к фермерам он не испытывал.
    Отведя взгляд от девушки, эльф встал и посмотрел в окно. Хозяева не спали. По двору, гордо подняв голову, вышагивал петух. Знал бы он, что судьба его давно решена людьми. Ровно как и судьба эльфов сейчас решалась явно не ими: индулами, людьми, странным колдуном, кем угодно, но точно не самими эльфами.
    – Где я? – услышал эльф, мягкий мелодичный голос, проснувшейся девушки.
    – Не волнуйся, мы в безопасности, – повернулся к ней эльф, – меня зовут Кардин.
    – Немира, – представилась эльфийка, протирая глаза спросонья. – И всё же где мы?
    – В фермерском доме. Об индулах можешь не беспокоиться, они больше не доставят тебе проблем.
    – Каких индулов? – не понимала эльфийка. – Я отдыхала в хутрее Руанского леса, думала, что там я буду в безопасности. Легла на кровать, уснула, а проснулась здесь, – кивнула эльфийка.
    – Странно, – пожал плечами Кардин. – Я этой ночью спас тебя от индулов, пытающихся перевести тебя в лагерь.
    – Видимо, шаманы индулов нашли способ вводить нас в странный сон, – предположила Немира.
    Кардин усмехнулся, вспомнив, что совсем недавно различными способами и его сознание выбивали из этого мира.
    – Что смеёшься? – наигранно обиделась эльфийка.
    – Меня самого недавно усыпляли порошком.
    – Да. Тяжело нам. Нигде не спрячешься. Всюду разыщут и убьют, – без капли иронии взгрустнула эльфийка.
    – Знаешь, – улыбнулся Кардин, – а мне кажется, я знаю одно место, где мы сможем почувствовать себя в безопасности.

    Перебравшись через реку, трое друзей отправились по дороге к горам. Рассказывая друг другу различные истории, они периодически срывались на громкий смех. Эл молчал больше всех, лишь изредка посмеиваясь над репликами Архина и Прута. Его мысли были совсем не такими радостными, как улыбка на лице.
    На душе было тяжело от глупого расставания с Макреной. А её слова эхом звучали в голове. Она не уверена в своих чувствах к нему? Может, он для неё лишь друг? Как и для Сун был лишь другом? Всё было хорошо ровно до того момента, как он признался Макрене в любви. Зачем? Зачем он признался, ведь всё было так хорошо.
    – Эл, ты чего такой задумчивый? Не волнуйся, всё будет хорошо. Перейдём через горы, найдём твоих родителей, – подбодрил друга Прут.
    – Конечно, – отозвался Эл, улыбнувшись. – Правда, я даже не знаю, где живёт мой дядя. Слышал только от папы, что где-то возле крепости находится его дом.
    – Судя по карте, в Северной Антарии лишь одна крепость, вокруг которой появилась деревня, она называется Фрост. Более того, брат твоего отца наверняка Фарм, как и ты. Поспрашиваем народ, живущий там, и найдём.
    – Ладно, – в очередной раз выдавил из себя улыбку Эл.
    Ни Архин, ни Прут даже не догадывались, что Эл не сомневается в том, что разыщет родителей. Он беспокоился о Макрене. Она рассказывала что-то о путешествии с Алиеной. Интересно, куда они отправятся? Как она встретит его через пару месяцев? Не найдёт ли среди выживших эльфов себе парня, с которым забудет об Эле? Почему она настолько сильно расстроилась после поцелуя? Только ли из-за расставания с ним? Все эти мысли кружились в голове и не давали покоя. Они даже затмили страх перед собой, перед тем, что он натворил на острове в дождь. Теперь всё это было в прошлом. В настоящем был путь к родителям. А в будущем? В будущем, по его мнению, была счастливая жизнь с родителями и Макреной. Эл твёрдо решил, что постарается уговорить маму с папой вернуться в Южную Антарию.
    – Слушайте, а что вы думаете насчёт истории колдуна? Ну, той, что он рассказал Ирене о странных эльфах в чёрных рясах, – поднял новую тему Прут.
    – Не знаю, – заговорил Архин. – Как по мне, полный бред. Без понятия, что им двигало, когда он истреблял эльфов, но уж явно не желание спасти людей. Скорее всего, он, как и другие завоеватели, хотел оставить в Антарии два народа: людей и индулов. А историю про чёрных эльфов придумал на допросе.
    – А может даже и один, – сказал Прут, – людей. С индулами он тоже мог разделаться с посохом-то, таким мощным.
    – Точно. Я больше всего этого опасался, когда решил остановить его. Наши шаманы не верили в то, что он самозванец, но я-то не дурак, зачем человек будет помогать индулам. Да не в жизнь. Вот и смекнул, что что-то здесь не чисто.
    – Архин, а как тебя в деревне примут, если узнают, что ты колдуна силы лишил? – не унимался Прут.
    – Не знаю. Если удастся доказать, что колдун был самозванцем, а не посланником Вайленда, тогда всё будет в порядке. Но это достаточно трудно. Вернусь в деревню, тогда и решу, что буду делать. Сейчас не хочу об этом думать.
    – А я верю Амбассору, – сказал Эл, который до этого лишь слушал друзей. – Не каждому слову, конечно. Но что-то мне подсказывает, что эльфы эти, в чёрных рясах, существуют. Да и посох, оставленный Эрефом. Не валялся же он в чулане Амбассора. Наверняка лежал в каком-нибудь храме под семью магическими печатями. Обычный человек его бы не достал.
    – Тоже верно, – согласился Прут. – Эл, а теперь, когда ты узнал, что ты не человек, – решил сменить тему Прут, решив, что колдун не достоин более внимания друзей, – где жить собираешься? В лесу или деревне?
    – Пока с родителями. А там посмотрим.
    Дальше всю дорогу друзья разговаривали на самые разные темы, начиная смешными и нелепыми и заканчивая вполне взрослыми и нешуточными. Постепенно Архину с Прутом удалось разговорить Эла и отвлечь от проблем.
    Ночь застала путников на перевале в горах. Друзья отыскали плато, расположенное подальше от пологих склонов, и устроили там ночлег. Дорога вымотала всех, поэтому уснули они быстро, сразу после ужина, приготовленного на костре. Индул пообещал, что, если к лагерю приблизится хищник, он это почувствует, проснётся и разберётся с ним. Поэтому Эл и Прут спали беззаботным сном, укутавшись в тёплые одежды.
    Прут за время, проведённое рядом с Архином в пещере и сейчас, в путешествии, настолько привык к индулу, что перестал испытывать страх. То ли привык, то ли поборол его, но никаких последствий от близости представителя враждебной расы он более не испытывал.

***

    Архин находился в уютной пещере Ардыка, когда почувствовал, что возле входа кто-то стоит, будто не решаясь войти внутрь. Повинуясь внутреннему голосу, индул вышел из пещеры поприветствовать незнакомца.
    Незваным гостем оказался мужчина. На вид ему было лет тридцать. Окажись он в обществе людей, трёхдневная щетина, покрывавшая лицо, не произвела бы положительного эффекта на собеседника, но индула такая вещь нисколько не смутила. Длинные волосы пепельного оттенка спадали до плеч. Взгляд был настолько уставшим от жизни, что Архину показалось, что человек не раз переживал предательство близких ему людей.
    – Ты не узнаешь меня, Архин? – спросил мужчина, подходя ближе к индулу. – Я младший брат Мьюртов, живший в твоём мире дольше других. Мне нужно поговорить.
    – Вайленд? – спросил Архин.
    Мужчина кивнул, подтверждая догадку индула. Архин отметил, что явившийся к нему, кем бы он ни был, разговаривал на языке индулов.
    – О чём хотел поговорить? – обратился индул к мужчине, будто к старому другу, которого знал с самого детства.
    – Для начала я хотел бы выразить благодарность за помощь и преданность, проявленную тобой в последние дни. Амбассор не являлся моим посланником, и лишь ты понимал это. Грох переступил грань и будет наказан. Он играл с умами индулов вместо того, чтобы наставлять свой народ.
    – Так ты действительно не желал зла эльфам?
    – Нет. Я простил своих братьев, а значит и народ, созданный ими. Сейчас я разыскиваю Эрефа и Симорга в бесконечной круговерти миров, надеясь принять их расположение и воссоединиться с ними, – бросив взгляд себе под ноги, мужчина продолжил говорить, – Архин, я хотел бы видеть тебя во главе деревни Ардык. Шаманы исчерпали своё доверие. Не думаю, что воины будут хуже нести моё слово народу.
    – Я благодарю тебя за оказанное доверие, Вайленд, но не думаю, что смогу исполнять возложенные тобой обязанности.
    – Не волнуйся, многие, кому предлагали власть, отказывались, мотивируя ничтожным опытом. Ты справишься. Я уверен, что у тебя и без меня возникало подобное желание. Как и у любого другого разумного существа.
    – Клянусь, Вайленд, – присел на колено индул, – даже когда был не согласен с правящим советом шаманов, я не помышлял о власти.
    Мужчина, ни капли не стесняясь, рассмеялся во весь голос.
    – Встань, – сказал он, – будем считать, что я верю тебе.
    – Так я могу идти и исполнить твою волю?
    – Нет, я явился к тебе не столько из-за благодарности, сколько из-за миссии, которую желаю возложить на тебя. Архин, твой попутчик, Эл, он опаснее, чем ты можешь себе представить. Этот эльф станет причиной смерти не только своих собратьев, но и индулов, а также людей. Из-за него погибнут тысячи. Если хочешь встать на путь защиты своей деревни и народа – убей его. Не позволь ему пролить чужую кровь.
    – Это как-то связано с сиянием, благодаря которому он одолел колдуна? – спросил Архин.
    – Не хотелось тебя посвящать во все подробности, но не вижу другого выхода. Да. Сияние, которое позволило остановить колдуна, погубит сотни живых существ, может даже тысячи. Сила, поддерживаемая Элом, в десятки раз превышает силу Амбассора, а значит и разрушений, и горя она принесёт не меньше проклятого посоха.
    Индул хотел было спросить что-то ещё, но мужчина исчез, оставив от себя лишь воспоминания.

***

    Архин проснулся, когда Прут и Эл ещё спали, в голове эхом звучали слова Вайленда: «Убей его». Он ни капли не сомневался, что наблюдал видение, которое до этого момента было подвластно лишь шаманам.
    В голове одна за другой кружились мысли, родившиеся после сна: почему он, Архин, жил в пещере? Правда ли, что он теперь станет главой деревни? И главное, хочет ли он сослужить службу Вайленду и убить Эла?
    Конечно, в словах Вайленда была логика, Архин сам видел неуправляемую силу, сидящую в Эле, но разве убийство друга – единственно правильный выход. Архин думал, мысли сменяли одна другую. Перед ним стоял выбор: отказаться от бога, в которого он всегда верил, или остаться верным своим принципам, – непростой, надо сказать, выбор для разумного существа.
    Его размышления прервали проснувшиеся Эл и Прут. Вскоре все трое, отдохнувшие и бодрые, продолжили путь. Индул знал нужные тропы в горах, поэтому продвигались они быстро. К полудню друзья спустились с гор.
    Эл был поражён красотой здешних мест. Лишь с высоты гор Северная Антария казалась белой безжизненной пустыней, сейчас же Эл понял, что это не так. Всё, о чём Эл знал лишь из книг, развернулось прямо перед его глазами. Хвойные деревья, припорошенные снегом, поражали воображение. Снег покрывал всё в этих местах, каждый клочок земли, каждый камень был укрыт белым покрывалом. Сняв перчатки и почерпнув в ладонь горстку снега, Эл почувствовал, как это мягкое прохладное вещество тает. Непередаваемые ощущения.
    – Я могу вас сопровождать ещё некоторое время, – сказал индул, – но после поверну назад. Северные индулы не жалуют нас, пришедших с юга. Хоть и говорят, что они редко выходят со своих территорий, но рисковать не хочется. Да и эльфы с людьми не отпустят меня живым, если встретимся.
    – Да мы и не просим, думаю, сами справимся, – сказал Эл, стряхивая образовавшуюся воду.
    – Точно, – согласился Прут, – эльфы и люди нам вреда не причинят, а с хищниками мы справимся.
    – Вот и хорошо. Идём, чем дальше я вас проведу, тем спокойнее буду чувствовать себя. Отсюда до людских и эльфийских поселений далеко, так что проблем не возникнет.
    Архин, который долгое время думал над видением, пришедшим к нему во сне, решил, что вопреки желанию Вайленда не убьёт Эла. Он не сможет этого сделать. Духу не хватит занести боевой топор над головой доверившегося эльфа. Но решение было обусловлено не только моральными принципами, которые укоренились в душе индула крепче веры. Архин понимал, что поступит не лучше Амбассора, если поверит в размытые доводы и предположения. «Разве Боги не могут ошибаться», – подумал Архин и с улыбкой посмотрел на Эла. Он знал, этот эльф не сможет погубить невинные жизни.
    Эл в очередной раз осознал, что в компании друзей не только время пролетает незаметно, но и тяжёлый путь заканчивается быстрее и не кажется таким уж непреодолимым. Даже холодный ветер становится чуточку теплее, когда есть о чём и с кем поговорить.
    Вскоре индул попрощался и повернул назад. Друзья пожелали удачи Архину, ведь он возвращался в родную деревню, где его помощь эльфам считали предательством, а вовсе не героическим поступком.
    Друзья продолжили путь вдвоём. Теперь, когда рядом с ними не шёл индул, с детства обученный махать топором, стало чуточку страшнее. Теперь и хищники, живущие на севере, казались опаснее, и каждый посторонний хруст отзывался эхом в сердцах друзей. Для большей уверенности Эл достал из-за спины клинок, а Прут взял в руки метательный нож. Разговор между ними никак не вязался, оба были настороже. Благо снегопадов в Северной Антарии не было несколько дней, и тропинки чётко выделялись среди больших сугробов и изредка встречающейся лыжни.
    Вдруг Эл остановился и выставил свою руку, преграждая путь Пруту.
    – Где-то недалеко хищник, – только и сказал он.
    – Услышал? – спросил Прут.
    Эл кивнул. Прут не стал спорить, слух Эла в последнее время ни разу их не подводил.
    – Видно, обошлось, – облегчённо вздохнул Эл, – идём дальше.
    Прут вместе с Элом продолжили путь, но не прошли они и двадцати метров, как на дорогу перед ними выпрыгнула огромная белая кошка.
    – Бес, – выкрикнул Прут и отскочил назад.
    – Спокойно, – поднял руку Эл, – не дёргайся.
    Медленно, опасаясь напугать животное, Эл шаг за шагом начал приближаться к нему. Он вспомнил, как впервые разговаривал с Тейлом, как конь понял его и как Димар сказал, что эльфы имеют некий контакт с животными Антарии. Приговаривая какие-то мягкие, успокаивающие слова, Эл пытался дать понять хищнику, что он и Прут вовсе не собирались посягать на территорию животного или обижать его детей. И, как ни странно, это подействовало. Огромная кошка присела на задние лапы и стала с любопытством разглядывать приближающегося эльфа.
    Прута до глубины души поразили действия Эла, а результат вообще превзошёл все ожидания. Через мгновенья Эл поглаживал кошку по шерсти.
    – Идём, все нормально, – обратился Эл к Пруту. Она пропустит нас.
    До крепости Фрост и деревни, расположенной под его стенами, друзья добрались ближе к вечеру. Найти домик дяди Эла оказалось не так трудно, здесь под стеной крепости, как и в Фавере, все хорошо знали друг друга. Друзьям объяснили, как они могут найти дом Фарма.
    Остановившись недалеко от дома, на который указали жители, Эл спросил у Прута:
    – Как думаешь, как они отнесутся к моему приходу?
    – Обрадуются, конечно.
    – Это понятно. Но я ведь умер, по их мнению, – развёл руками Эл.
    – Ты прав. Давай поступим так: я войду туда, поговорю с ними, подготовлю. Не дай бог примут тебя за призрака, ещё сердце от испуга остановится.
    – Хорошо. Только твой визит тоже окажется неожиданностью.
    – Надеюсь, приятной неожиданностью, – подмигнул Прут. – Всё. Я пошёл. Мы так замёрзнем с тобой, пока будем сомневаться.
    – Давай. Удачи тебе. Ты тоже там не задерживайся, стоять - не идти. Околеть можно.
    – Постараюсь, – улыбнулся Прут.
    Эл простоял на улице десять минут, а Прут всё не шёл. Ноги, и без того замерзшие в пути, начали неметь. Уши уловили характерный скрип снега задолго до того, как эльф обернулся посмотреть на прохожего. Им оказалась красивая, миловидная девушка лет восемнадцати. Несмотря на тёплую одежду и шапку, Эл узнал её, именно эти черты лица не давали спокойно спать в детстве, именно она была причиной большинства переживаний. Мимо Эла, не обращая на него никакого внимания, прошла Сун.
    – Так значит, она уехала вместе с моими родителями. И живёт, наверное, с ними, – эти мысли, как и сам факт встречи Сун, ни капли не взбудоражили старых чувств. Может, первая любовь распалась сразу после недолгой разлуки, а может, осознание того, что людской девушке будет тяжело с эльфом, не позволяла былым чувствам затуманить разум, – что ж, вполне логично, её родственники наверняка погибли при нападении на деревню.
    – Сун, – прокричал он, привлекая внимание девушки.
    Она резко обернулась. Слишком резко. Элу показалось, что девушка испугалась. Встретив Эла взглядом, Сун зажмурилась и снова раскрыла глаза. Убедившись, что ей не чудится, она неспеша подошла к парню.
    – Эл? – спросила она.
    – Да, – коротко ответил он.
    – Но как? Ты же погиб!
    – Нет. Всегда был жив. Пару раз находился на волосок от своего конца, но удавалось выкарабкаться, – на лице Эла сияла широкая улыбка, в то время как Сун жадно изучала его глазами, будто пытаясь найти доказательство того, что друг детства чудится. – Это я, – сказал он, успокаивая девушку, и взял её за руку. Не хватало ещё, чтобы она с ума сошла от непонимания. – Мне приходилось скрываться. Я же эльф. А на эльфов шла охота. Теперь всё кончено, и я хочу вернуться к прошлой жизни.
    – Не получится, – услышал Эл до боли знакомый голос. Голос, который хвалил и журил его в детстве – голос отца. – Не получится у тебя жить прежней жизнью.
    – Дядя Марел? – обернулась к нему Сун. – Здесь Эл.
    – Я вижу, – на лице Марела не было и тени улыбки. – Сун, иди в дом. Там Прут. Я хочу поговорить с сыном.
    – Хорошо, дядя.
    Сун поспешила удалиться. Эл недоумевал. Совсем не такого приёма ожидал он от отца. Ведь его сын, который считался погибшим – жив. А он будто не рад.
    Отец подошёл к Элу и обнял его, крепко обнял. Только теперь Эл увидел на лице Марела радость, ему даже показалось, что на глазах отца выступили слёзы.
    – Я рад, что с тобой всё в порядке. Не сильно замёрз? – спросил он сына.
    – Нет, – соврал Эл.
    – Тогда пошли пройдёмся. Нам нужно поговорить.
    Эл кивнул и пошёл вслед за папой. Они пару минут шли, не говоря ни слова, пока Эл не задал вопрос:
    – Как вы здесь жили?
    – Нормально жили. Брат мой приютил. Сун с собой взяли. Переживали за тебя, конечно.
    – А почему из Фавера уехали? Я видел, как жители восстанавливали деревню.
    – Эл, я должен тебе кое-что рассказать. Точнее, я многое тебе должен рассказать, а ты послушай. Ты же понимаешь, что мы не твои родные? – Эл кивнул. – Шестнадцать лет назад к нам в дом постучались эльфы. В те времена это было нормальное явление, и мы ничуть не удивились. Но то, что эльфы предложили нам, выходило из ряда вон. Нас попросили воспитать их сына. Детей у нас тогда не было и мы с твоей мамой, недолго думая, согласились. Эльфы обещали, что вернутся за тобой через два года. После началось истребление, и мы поняли, что никто не придёт. Стали воспитывать тебя, как родного. Я обошёл всех в деревне, благо отношения с ними у меня были отличные, и рассказал им, наказав, чтобы вести об этом не вышли за пределы Фавера. Как ты знаешь, семнадцать лет всё было хорошо.
    Отец замолчал.
    – Индулы? – предположил эльф.
    – Да. Индулы. Они узнали, что ты живёшь в Фавере, и напали на деревню.
    Эла словно молнией пробило после этих слов. Он вмиг вспомнил события тех дней. Экзамен по ориентированию, индул, встретившийся ему, и ночь, страшная ночь, когда погиб Элед, когда ему удалось убежать из деревни. Эл осознал то, о чём раньше даже не думал.
    – Значит, индулы приходили за мной? – спокойно, смотря куда-то в глубь леса, спросил Эл.
    – Да.
    Индулы пришли за ним. Значит, все погибшие жители деревни погибли по его вине, значит, тот индул, что убил Эледа, хотел убить его. Десятки судеб были разрушены из-за Эла, из-за того, что он эльф. Действуй он по-другому, убей индула, встретившегося на экзамене, ничего бы этого не произошло. Сначала жители деревни, потом события на острове. Сколько ещё людей может пострадать из-за него.
    – Эл, я понимаю, что ты чувствуешь, но не вини лишь себя в случившемся. Мы виноваты ещё больше, ведь именно мы решили оставить тебя в деревне, понимая, что рано или поздно весть о том, что наш сын – эльф, выйдет за пределы Фавера.
    Эл несколько отрешённо посмотрел на отца, но слова Марела ни капли не успокоили ураган в душе эльфа.
    – Вы уехали из деревни, потому что жители возненавидели вас? – спросил он, не показывая своих чувств отцу.
    – Нет, жители встретили нас радушно. Они успокаивали нас, говоря, что сами решили держать секрет Фарма. Мы уехали, потому что знали, что ты жив.
    – Что? – не понял Эл слова отца.
    – Мы похоронили вместо тебя обгоревший труп, оказавшийся в нашем доме. Конечно, он был несколько ниже тебя ростом, но мало кто это заметил. После, взяв с собой Сун, мы уехали сюда, на север.
    – Но зачем? – недоумевал молодой эльф.
    – Чтобы не навлечь очередную беду на тебя и на деревню. Мы не нашли твой труп, а значит, ты остался жив. Если бы мы не уехали, ты бы нашёл нас, а индулы бы напали вновь. Я не сомневался, что ты останешься жив, и когда всё закончится, найдёшь нас. Я же не случайно сообщил Пруту, куда мы уезжаем.
    Получается, что отец бросил Эла на произвол судьбы? Хотя, если бы Эл знал о ситуации, он бы сам попросил об этом. Никогда он не хотел, чтобы из-за него страдали другие.
    – И что теперь? Почему ты сказал, что я не смогу жить прежней жизнью.
    – Потому что ты эльф, а мы люди, – пожал плечами Марел, будто это и без того было понятно.
    – Но я ведь ваш сын!
    – Ты не понял меня, – усмехнулся Марел, – я не говорю, что мы не хотим тебя видеть, просто ты стал взрослым, у тебя много новых знакомых. Тебе пора создавать собственную семью. Конечно, ты будешь забегать к нам в гости, но дом твой не в деревне, а в эльфийском лесу.
    – Хорошо. Ты прав. Так вы вернётесь в Южную Антарию?
    – Да, но не сейчас. Мой брат отправился с друзьями на охоту. Через двое суток он вернётся, и мы отправимся домой в Фавер.
    – Это замечательно. Так или иначе, мне необходимо сходить в эльфийский лес, расположенный в этих краях. У меня персональное задание от эльфийской провидицы с юга, – напустил на себя важный вид Эл.
    – Одного я тебя не отпущу, – сразу предупредил папа.
    – Я пойду с Прутом. Не волнуйся, мы справимся. Я же прирождённый воин, да и его за это время кое-чему научили, – улыбнулся Эл.
    – Хорошо. В конце концов, ты уже взрослый. Да и, как оказалось, эти места не такие суровые, как о них говорят на юге. Главное, к морозам привыкнуть. Ладно, идём домой, мама будет рада твоему приходу. Трудно было её уговорить оставить тебя одного и уехать на север.
    – Догадываюсь, – улыбнулся Эл. – Пап, а кто были те эльфы, что принесли меня вам? Было в них что-нибудь особенное?
    – Да нет, вроде бы, – пожал плечами Марел, – я ничего не заметил. Эльфы как эльфы, они для меня все тогда на одно лицо были.
    – А теперь у них два лица? – улыбнулся Эл. – Моё и все остальные?
    – Точно. Давай поторопимся, мама волнуется.

***

    – Гурайл, – обратился друид к Верховному эльфу, – появились вести от отряда Оменара, мимо них прошёл эльф.
    – Что? – удивился Гурайл
    – Да, эльф. Впервые за столь долгое время. Более того, он был не один.
    – С кем? – потребовал отчёт Верховный эльф.
    – С индулом и человеком.
    – Если это шутка, то неудачная, – скривил лицо Гурайл.
    – Это не шутка. На вид всем лет двадцать, хотя в возрасте индула мы можем ошибаться. Они вели себя, как закадычные друзья.
    – Да что они на юге, там, с ума посходили?
    – Вполне возможно, что выжившие эльфы заключили союз с колдуном. Мы давно не получали вестей с юга. Боюсь, события, предсказанные нашими друидами много лет назад, близятся к воплощению. Какой приказ отдать Оменару?
    – Пускай наблюдают за эльфом и его попутчиками, в случае чего пусть действуют, не связываясь с нами. Нам нужно узнать об этом эльфе как можно больше.
    – Хорошо, – поклонился друид.
    – Держите меня в курсе, – проговорил он вдогонку уходящему друиду.

    Элбер открыл дверь. Лица эльфов вытянулись от удивления, а в глазах отразилось непонимание происходящего. Лишь осознав, какие доказательства представил им король, Ирена довольно улыбнулась.
    За дверью находился огромный зал с окнами под самым потолком. Обстановка зала была не разнообразна: стол, стулья, кровати, из которых две были детскими. В пол возле стен были вбиты толстые брёвна, некоторые из которых имели зарубки от клинков, на других же висели мишени, истерзанные стрелами. Но более Димара и Ирену удивило другое: возле деревянных столбов, детских кроватей и за столом находились эльфы самого разного возраста. Всего их было десятка три.
    Когда дверь открылась, все находящиеся за ней замерли, прекратив заниматься своими делами. Ирена поймала взглядом двух эльфов, опустивших клинки. Король улыбнулся:
    – Это эльфы, спасённые мной и жившие здесь тайно на протяжении всех шестнадцати лет, – пояснил Элбер. – Вам, думаю, здесь тоже место найдётся.
    – Мы пришли к вам по другому поводу, – пояснила Ирена. – Хотя ваши доказательства убедили нас в дружеских намерениях. Братья и сёстры, – обратилась она к эльфам, которые так и стояли, не понимая, что происходит, – я попрошу вас собрать необходимые вещи, вы больше не вернётесь в эти стены. Пройдите за нами в зал для переговоров, там я поясню вам и многоуважаемому Элберу свои слова и последующие действия.
    Некоторые эльфы возмущались из-за столь странного вмешательства в их привычный порядок жизни, другие, наоборот, обрадовались, что появился шанс закончить скучную жизнь. Но все недоверчиво поглядывали на Ирену с Димаром, пытаясь понять причину, по которой было решено пересилить их с обжитого места, и не шутка ли это.
    – Подождите, – проговорил король, удивившись словам Ирены не меньше, чем эльфы, – в чем причина? Я ручаюсь за безопасность укрытия. О нём знают лишь эльфы, я и мой друг, капитан королевской охраны, Рулус.
    – Благодарю вас, Элбер, – поклонилась Ирена, – я ни капли не сомневаюсь в искренности вашего желания помочь эльфам, но причины, которые движут мной, предполагают безопасность эльфов, во всяком случае, от колдуна.
    После этих слов Элбер рассеянно посмотрел на Ирену, но поймал взглядом её посох и улыбнулся, наконец, вспомнив, где видел его раньше. Улыбка выражала лишь предположение и восхищение.
    – Что ж, в таком случае пройдём в зал и выслушаем Ирену, – сказал Элбер.
    Все эльфы после его слов убедились, что привычная жизнь в замкнутом помещении закончена, начиналась новая, вот только никто не знал, какая. Собрав необходимые вещи, эльфы направились за Элбером, две эльфийки несли на руках детей, которым не было и года отроду.
    Среди спасённых эльфов начались разговоры и предположения, кто эта эльфийка и где они теперь будут прятаться. Один из самых наблюдательных заметил, что Ирена несёт посох, подозрительно похожий на тот, которым владел Амбассор, но даже он не мог поверить, что время колдуна закончено. Ведь он видел этого человека и видел, на что тот способен.
    Королевская охрана, которую эльфы встречали на своём пути, лишь удивлённо разглядывала шедших, не предпринимая никаких действий. Видимо, Элбер, предупредил их, чтобы они не вмешивались в его дела.
    Когда все заняли места за столом переговоров, Ирена взяла слово:
    – Для эльфов у меня лишь одна новость, но я хотела бы, чтобы, услышав её, вы, братья и сёстры, остались здесь и приняли участие в наших переговорах с Элбером.
    – Куда нас теперь? – спросил один из эльфов.
    – Глупый вопрос, – ответила Ирена. – Это решать вам. Я лишь попрошу каждого объединить усилия с другими выжившими и вернуть былое величие нашего народа.
    – Вам удалось договориться с колдуном? – недоверчиво посмотрел на Ирену всё тот же эльф.
    – Да.
    За столом переговоров начались перешёптывания.
    – А где гарантия, что он не нарушит своих слов? – не унимался эльф.
    – У меня в руках, – сказала Ирена. – Этот посох, – вытянула она руку, – принадлежал Амбассору и наделял его силой, что позволила убить эльфов.
    Спасённые эльфы более не ограничивались шёпотом, послышались обсуждения правдоподобности слов провидицы.
    – И как же вы его забрали у колдуна, – усмехнулся самый разговорчивый эльф, – в честном бою?
    – Не совсем. Но разве это обязательно знать? Факт остаётся фактом – колдун обезоружен и более не представляет опасности.
    – Хорошо, – не унимался эльф, – предположим, вы говорите правду. Что дальше? Нас слишком мало, чтобы вернуться к той жизни, что была шестнадцать лет назад.
    – Как сказать. Сейчас я хочу заключить союз с людьми и индулами. После, надеюсь, придёт помощь от наших северных братьев. Планов много, мы собираемся восстановить все три эльфийских леса, в любом случае, в нынешнем положении нельзя опускать руки.
    – Точно, – встал эльф, – индулы. Они точно не оставят нас в покое. А уж надеяться заключить с ними союз – верх безрассудства.
    – Простите, как вас зовут? – спросила Ирена.
    – Кардин, – кивнул эльф.
    – Очень приятно. Так вот, Кардин, ответом на ваши сомнения является посох, который я держу в руках. Индулы знают силу этой вещицы, а значит, спасуют перед ней. У них не будет другого выхода, кроме как принять наши условия. Более того, я абсолютно уверена, что люди будут на нашей стороне.
    Элбер кивнул.
    – В этом можете не сомневаться, – сказал он.
    – Что ж, кажется, будто вы просчитали всё, – подметил Кардин, – если вам удалось остановить колдуна, вы заслуживаете уважения. Я думаю, меня поддержат все эльфы, присутствующие здесь, если я скажу, что мы готовы признать вас Верховной провидицей выживших эльфов и помогать в сохранении нашего народа в Антарии.
    – Спасибо, – кивнула Ирена, осознав только сейчас, что Кардин - неформальный лидер спасённых эльфов. – Только не в сохранении, а в возрождении, это принципиальная разница веры, которая сослужит важную роль, – улыбнулась провидица.
    Кардин кивнул в знак согласия и вернулся на своё место.
    – Теперь я хотела бы обсудить союз эльфов с людьми, который, безусловно, будет выгоден лишь одной стороне. Элбер, – обратилась к королю Ирена, – вы должны понимать, что сейчас мы ничего не сможем предложить людям, кроме защиты, если на нас нападут из-за гор. Мы же просим у вашего народа помощи в восстановлении наших лесов, нам понадобятся люди, ресурсы, продукты, в общем, всё, что необходимо для жизни.
    – Не волнуйтесь, люди готовы помочь эльфам.
    – Спасибо. Я позже предоставлю вам перечень необходимого, и вы решите, что из этого списка вы в состоянии предоставить. Эльфы, – перевела внимание на собратьев Ирена, – сейчас я отправлюсь в лагерь индулов, чтобы заключить с ними союз, вас я попрошу отправиться в Руанский лес, там находятся четверо выживших, вместе с ними вы дождётесь меня, и мы решим, чем займёмся дальше.
    Элбер дал указ, чтобы эльфов проводили до выхода в город. Не задавая лишних вопросов, стража королевского дома выполнила поручение.
    – Элбер, – обратилась провидица к королю, – я попрошу вас отправиться с нами в лагерь индулов. Вашу безопасность я гарантирую. Не думаю, что шаманы индулов пойдут против сильной магии и людского короля, более того, я избавлю вас от пагубного воздействия от близости индулов. Вы не почувствуете никакого страха.
    – Спасибо. Я сейчас же распоряжусь снарядить лошадей для нас. Ваш друг Димар едет с нами?
    – Конечно, – ответила Ирена. – У вас хорошая память на имена, – подметила провидица.

***
    – Элбер, – обратилась Ирена к королю, когда они на лошадях пересекали мост через реку, – на вашем дворе не найдётся места искусному кузнецу?
    – Догадываюсь, о ком вы говорите, – усмехнулся Элбер, направляя своего коня. – Харрен Фор? Тот, что помог сбежать эльфу, а после и сам бежал из тюрьмы?
    – Да.
    – Я даже рискну предположить, что эльф, которого скрывал Харрен – ваш друг Димар.
    – Да, это он, – кивнула Ирена.
    – Место для кузнеца, конечно, найдётся. Такого мастера, как он, поискать нужно. Как-то даже пытался переманить его к себе, но он отказался, сказав, что хочет жить в Дефиате. Сейчас-то у него выбора другого нет. Несмотря на заключённый нами союз, Андре будет точить на него зуб. Даже если я отправлю в Дефиат указ, чтобы от Харрена отстали, до конца Андре не отступится, я его знаю.
    – Что ж, спасибо. Я отправлю кузнеца, его ученика и жену в Лову, как только мы вернёмся в Руанский лес.
    Перед отъездом из Лову король распорядился, чтобы по Антарии пустили весть о смерти колдуна, возглавлявшего индулов на протяжении шестнадцати лет, и об издании им, королём Антарии, указа о принятии всех выживших эльфов под защиту и вето на убийство членов этого народа.
    – Элбер, можно задать вам вопрос? – спросил Димар, который до этого молчал.
    – Конечно.
    – Как долго вы собирались держать эльфов взаперти?
    – До естественной смерти колдуна. Или же до их смерти.
    – И все они были не против? – удивился Димар.
    – Конечно, нет. Находились такие, что кричали: «свобода для нас дороже».
    – А вы?
    – А что я? Отпускал их. Не мог же насильно держать. Всё равно сбегут, – махнул рукой Элбер. – Хотя многие через пару суток возвращались, кто-то приводил с собой других эльфов, кто-то в одиночку, иногда раненный. Мне вот интересно, что было бы, если бы мои люди поймали вас и привели в укрытие, колдун бы так и жил?
    – Ваши люди не поймали бы меня, – резко ответила Ирена, – а если б и поймали, то я не согласилась бы прятаться.
    – Ясно. И всё же я поражён, как вам удалось покончить с колдуном? Если бы не вспомнил, чей посох в ваших руках, так бы и не поверил. Расскажете?
    – А почему нет, – согласилась Ирена, – в пути всё равно скучно.
    Провидица рассказала королю слегка преобразованную историю случившихся в тот дождь событий, умолчав о том, что Амбассора оставили в живых.
    – Интересно, – улыбнулся король, – я считал, что смерть колдуна – целиком ваша заслуга, как оказалось, вам помогали индул и подросток. Удивительный вы народ, эльфы, у вас двадцатилетний юноша превосходит многих взрослых в своём развитии.
    И опять Ирена не стала пояснять, что Эл обладает такими способностями от рождения. Союз союзом, а обо всех секретах и проблемах эльфов лучше знать лишь самим эльфам.
    Всё оставшееся время в пути Димар, Ирена и Элбер обсуждали помощь, которую люди могут предоставить эльфам, чтобы восстановить эльфийские леса. Эльфы были удивлены тому, сколь открытым оказался Элбер, они были знакомы лично лишь несколько часов, а общались так же непринуждённо, как закадычные друзья, обсуждающие общие дела.
    Когда до деревни индулов осталось минут десять езды, разговоры затихли.
    – Элбер, помните, нам важно ваше присутствие, заключение союза с индулами - дело времени. На нашей стороне достаточно преимуществ, чтобы склонить индулов к миру.
    – Трудно не верить той, что держит в руках божественный артефакт, – усмехнулся Элбер.
    – Видите, даже вы это понимаете. Индулы более трепетно относятся к богам, нежели мы с вами.
    – Думаю, вы правы, – кивнул Элбер.
    Троих гостей на лошадях индулы заметили издалека и немедленно сообщили верховному шаману. Тот, предчувствуя недоброе, вышел встречать визитёров. Когда он признал в лошадях королевскую конницу, а во всадниках эльфов и человека, его страх лишь усилился.
    – День добрый, Грох, – обратился Элбер к индулу на межрасовом наречии, когда его конь подошёл к шаману, – лет пять прошло с того момента, как мы в последний раз общались, а ты до сих пор верховный шаман. Не многим индулам удавалось оставаться во главе племени на протяжении двадцати лет, – усмехнулся король.
    – Ты тоже немало времени на троне сидишь, – огрызнулся Грох. – Зачем приехал? Только отвечай скорее, индулы ждут моего приказа, чтобы прикончить твоих спутников.
    – Спутников моих не тронь. У нас к тебе разговор. Проводи нас в пещеру.
    Грох прорычал несколько слов на родном языке, смысл которых было сложно не угадать. Все стоящие поблизости индулы рванулись к лошадям эльфов, а некоторые бросили в спутников короля метательные ножи.
    Индулы, не успев добраться до своей цели, взмыли в воздух и начали беспомощно барахтаться, будто пытаясь разорвать нити, поднявшие их. Метательное оружие, не успев пролететь и метра, падало на землю. Грох досадливо зарычал, он понял, что произошло.
    – Так что? Мы поговорим? – повторил вопрос король.
    Индул кивнул. Эльфы и король спустились с лошадей. Элбер попросил Гроха, чтобы индулы приглядели за скакунами. Шаман подчинился. За всё время, пока Элбер со своими спутниками шли через деревню, ни один индул не посмел повторить попытку убить эльфов, несмотря на приказ Гроха.
    На склоне горы, возле которой располагалась деревня, выросли деревья, придавая горе непривычный, но красивый вид. Извержение вулкана, вызванное Амбассором, принесло свои плоды.
    – О чём вы хотели поговорить? – обратился Грох к эльфам, когда они вошли в пещеру.
    – Для начала я хочу сообщить, что Амбассор мёртв и больше никоим образом не поможет вам, – начала Ирена. – Мы приехали, чтобы заключить с народом индулов союз.
    На секунды в пещере зависло молчание, но после верховный шаман зашёлся истеричным смехом. Если бы Ирена услышала это кряхтенье, смешанное с повизгиванием, в людском городе или эльфийском лесу, в жизни бы не подумала, что эти звуки – смех, пусть и индулский.
    – Вы шутите? – спросил Грох, успокоившись.
    – Нет.
    – Мне так не кажется, эльфов по всей Антарии десятки, нас же тысячи. Какой смысл нам заключать союз с вами, пусть даже без колдуна на нашей стороне?
    – Вы заключите союз не с нами, а со всеми народами Южной Антарии – эльфами и людьми.
    – Ха, – воскликнул Грох, – даже тот факт, что вы завладели посохом, не спасёт эльфов от истребления. Мы убьём вас поодиночке.
    – А если мы убьём вас? Вы же прекрасно знаете, на что способен этот посох.
    – Знаю. Но так же прекрасно понимаю, что вы не убьёте ни одного индула, пока есть шанс на мирное разрешение ситуации.
    – Надо отдать вам должное, Грох, вы прекрасно изучили психологию врага, вот только я не вижу другого выхода.
    После этих слов в глубине горы что-то затрещало.
    – Я заметила, что вулкан извергался совсем недавно. Думаю, он способен излить ещё одну волну лавы.
    Треск постепенно усиливался, а Грох всё так же невозмутимо стоял на своём месте, разглядывая Элбера.
    – Знаете, Грох. Сейчас все жители деревни недоумевают, что происходит, боятся, молятся Вайленду, чтобы он помог, лишь вы стоите и надеетесь на мою милость. Не на милость богов, а на доброту эльфов. Забавно, но я всегда знала, что такие, как вы, шаманы, получившие власть, не думают о боге, надеясь лишь на свою силу и хитрость. Однако это не мешает им рассказывать народу байки о предвидениях и посланиях богов. Для вас Вайленд - это лишь способ манипулировать своим народом, лишь инструмент, который может помочь, – Ирена говорила, а шум из горы всё нарастал и нарастал, казалось, будто небо падает на землю, с диким грохотом сминая всё на своём пути. – И, ещё… знаете… вы правы… Я не стану уничтожать вашу деревню и ваш народ. Я оставлю в живых даже вас, – с этими словами звук внутри горы резко затих и превратился в лёгкое журчанье, – но лишь потому, что народ не должен отвечать за ошибки вождя, а вождю нужно искупать свои ошибки. Мы вернёмся через сутки. Если вы не согласитесь заключить с нами союз, я возьму слова обратно и не дам вам времени на работу над ошибками, – Ирена встала и пошла прочь из пещеры, Элбер и Димар отправились за ней. Грох рявкнул им на прощание, никаких идей по исправлению ситуации у него не было, а здесь ещё группа, посланная им на остров, не возвращалась.
    – Элбер, я надеюсь, вы не против разбить недалеко от деревни индулов лагерь и провести ночь в нём? – спросила Ирена.
    – Нет. Не против.
    Получив своего коня назад и сев на него, Ирена огляделась вокруг. Гроха поблизости не оказалось.
    – Индулы, – крикнула она, – кто из вас понимает, что я говорю?
    Из толпы собравшихся вытолкнули индула.
    – Вас я слышу, – нерешительно сказал индул.
    – Отлично, сообщи своим собратьям, что колдун Амбассор пал и он, кстати, не являлся посланником Вайленда, он обычный человек, получивший силу от людского бога. И ещё, отряд, что Грох послал на остров к северу отсюда, будет находиться под моим контролем, пока ваш народ не согласится заключить союз с нами.
    – Хорошо, братья тоже услышат ваши слова.
    – Вот и ладненько, – кивнула Ирена. – Поехали, – обратилась она к своим спутникам.
    – И всё же я не понимаю, – сказал Элбер, когда они отъехали от деревни индулов и разбили лагерь, – для чего вы дали Гроху время на размышления. Я знаю его давно, он не изменит решения, каким бы оно не было.
    – Согласна с вами. Но если он будет упираться и дальше, мне придётся его убить, а смерть лидера лишь навредит индулам. Я не хочу ослаблять их племя. Эльфам будет достаточно союза с индулами, но не вражды.
    – Вы надеетесь, что завтра Грох согласится на союз?
    – Нет. Я уверена, что нет. Не зря же я сообщила индулам, что их шаман врал им, в данной ситуации они поверят мне, будьте уверены. Если им не удастся уговорить Гроха принять наше предложение, они убьют его, а убивший наверняка займёт место предводителя.
     – Что ж, вполне логично. Вы убьёте лишь одного и то не своими руками, чтобы заключить союз со всем племенем.
    – Честно говоря, даже эта жертва была необязательной, но упёртый Грох сам определил свою судьбу.
    – Возможно. И всё же я вновь поражаюсь вашему поведению, индулы с колдуном уничтожили почти всех ваших родственников, а вы даже не пытаетесь отомстить.
    – Вы ошибаетесь, – злорадно ухмыльнулась Ирена, – для индулов страшнее смерти может быть только то, что они пошли против своей веры, а именно на это мы раскрыли им глаза. Они ещё долго будут отмаливать свои грехи у Вайленда, поверьте мне. Я, как и Грох, тщательно изучила психологию врага. Димар, – перевела она взгляд на эльфа, – с того момента, как мы встретились с Элбером, ты не проронил практически не слова. Тебя что-то беспокоит? Что-то не так?
    – Всё нормально, – выдавил из себя улыбку Димар, – рука слегка побаливает, а так всё в порядке. Я просто согласен с тобой, да и план мы обсуждали не раз, – ответил Димар, но, как только Ирена отвела внимание, эльф вновь погрузился в мысли.

    Архин подходил к своей деревне. За всё время, что прошло с того момента, как он разминулся с Элом и Прутом, ничего не произошло. Он шёл домой, а в голове, не давая покоя, копошились мысли: Как его примут? Знают ли индулы о падении колдуна? Как там мама и папа? Ведь он даже не предупредил их, когда ушёл из деревни. Что может сделать со мной Грох, если я скажу, что колдуна больше нет? Что будет теперь?
    Пытаясь отогнать мысли, что разъедали душу, Архин возвращался ко сну, который явился к нему на плато. Станет ли он вождём племени? Было бы неплохо, ведь при таком раскладе событий многие проблемы решатся сами собой. Вот только обязательное ли условие для получения власти - убийство Эла? Или же нет? Он прекрасно понимал, что многое станет ясно, когда он вернётся в Ардык. Легче от этого не становилось.
    В какой-то момент Архин поймал себя на мысли, что настолько привык к межрасовому языку, что даже думать стал на нём. Он решил, если станет вождём, введёт в обязательную программу обучения молодых индулов межрасовый язык. Кроме того, он желал изменить систему обучения воинов на ту, которой сам следовал всю жизнь и благодаря которой мог дать фору даже некоторым эльфам в бою один на один.
    Достигнув деревни, Архин понял: что-то не так. Окраины деревни будто вымерли, лишь со стороны площади доносились возгласы индулов. Архин догадался, что весть о падении Амбассора всё-таки дошла до Ардыка. Оставалось лишь надеяться, что жители не узнают о его роли в этом.
    Архин поспешил к площади. На возвышении, специальном месте для выступающих, стоял Грох. Его почти никто не слушал, многие обсуждали последние события между собой.
    – … более того, – услышал Архин сквозь шум голосов слова Гроха, – мы не должны поддаваться на провокации эльфов, когда исполнение нашей цели так близко. Даже учитывая последние события, мы должны исполнить волю Вайленда, – после этих слов толпа перешла на протестующий рык. – Эльфов осталось слишком мало. Убьём ещё десятка два, и с народом будет покончено, – продолжал взывать к племени Грох, не обращая внимания на протесты.
    – Архин! – услышал он окрик мамы, когда начал пробираться сквозь толпу ближе к центру. Оглядевшись по сторонам, он заметил её обеспокоенное лицо. – Архин! Ты где был? – спросила она, пробравшись к нему и обняв сына.
    – Долго рассказывать, как-нибудь потом, – отмахнулся он, – извини, что покинул деревню и не предупредил.
    – Архин, я знаю, что ты хочешь вновь оспорить слова Гроха, – начала было Михара.
    – Мам, хватит меня останавливать. Раньше папа, сейчас ты. Я решил. Кто-то должен прекратить это.
    – Я не хочу тебя отговаривать, но прежде, чем ты выйдешь к народу, ты должен узнать, что произошло. Идём, прогуляемся. Ситуация такова, что полчаса времени ничего не решат.
    – Хорошо, – согласился Архин. – А где папа?
    – Вот об этом я и хочу тебе рассказать, – пояснила Михара. – Через несколько дней после того, как ты ушёл, Грох приказал собрать отряд, который должен был убить последних эльфов. Твой отец вошёл в этот отряд, чтобы поскорее покончить с противостоянием между нами и эльфами. Мы же думали, что это Грох изгнал тебя из племени. Отец считал, что, если с эльфами будет покончено, ты вернёшься в Ардык. В общем, пара сотен индулов, отправившиеся на остров, что находится к востоку от нас, до сих пор не вернулись
    – Значит, папа погиб? – перебил Архин маму, предполагая худшее.
    – Дослушай меня, – с упрёком посмотрела Михара на сына. – В общем, они не вернулись, а несколько часов назад в Ардык явился людской король, сопровождаемый эльфом и эльфийкой, которая несла посох Амбассора, – рассказывала Михара, проходя мимо многочисленных шатров.
    – У эльфа была перебинтована рука? – уточнил Архин.
    – Да, – удивилась Михара вопросу сына. – Ты их знаешь?
    – Приходилось встречаться. Ладно, об этом потом, зачем приезжали эльфы и что с папой?
    – Эльфы приехали, прошли в пещеру Гроха, после началось урчание горы, как в тот день, когда Амбассор нас спас, – Архина всего перекосило после этих слов. Михара, не обратив внимания на реакцию сына, продолжила, – гора урчала некоторое время, но так и не вылила огненной воды. Вскоре всё затихло, а эльфы с человеком вышли из пещеры и покинули деревню. Но прежде, чем ускакать на лошадях, они сообщили нам, что Амбассор погиб и что он не был посланником Вайленда. Теперь, когда эльфы завладели силой Амбассора, они желают заключить с нами союз, дабы чувствовать себя в безопасности. Грох, конечно, против. В общем, эльфы сказали, что индулы, отправившиеся на остров, находятся в плену, и будут удерживаться там, пока мы не дадим обещание о ненападении.
    – Подобного стоило ожидать, – пожал плечами индул.
    – Возможно, но мне непонятно, почему эльфы не уничтожили нас? Амбассор останавливал и остужал огненные реки, вызывал дождь, без труда обезоруживал тысячи эльфов, значит, и те, что приезжали к нам, могут то же самое, завладев силой Амбассора.
    – Какая разница. Я думаю, нам стоит радоваться, что события развиваются так. Хотя я был прав, мы слишком плохо знали эльфов. Они не будут убивать ради мести, – сказал Архин. – Во всяком случае, многие из них не станут этого делать, – добавил он, вспомнив ненавистный взгляд Волака. – Как скоро эльфы требуют ответа от Гроха?
    – Они обещали вернуться завтра днём.
    – Хорошо, время есть. Я знаю, что делать, но пока я хочу рассказать о том, где был после того, как покинул деревню.
    Архин рассказал маме, как он начал подслушивать разговоры Гроха с Амбассором, как услышал о нападении на эльфов, как побежал предупредить их об этом, как познакомился с Элом, Иреной, Димаром и другими эльфами, как вместе с Элом они остановили колдуна, и как после этого он проводил его к родителям на север. Михара слушала внимательно, раздумывая над каждым словом сына.
    – Так ты говоришь, Амбассор жив и теперь беззащитен, как дитя?
    – Да.
    – Тогда зачем эльфы соврали нам?
    – Не знаю. Думаю, у них были причины на то. В любом случае я уверен, что они не желают нам зла, несмотря на то зло, что мы причинили им. Поверь мне, эльфы не те, совсем не те, какими мы привыкли их считать.
    – Что ты собираешься делать теперь?
    – Не волнуйся, – улыбнулся Архин, – завтра папа будет дома. Я слишком долго лелеял мечту покончить с ложью Гроха. У меня давно есть план, только теперь всё будет проще. Грох сам облегчил мне работу, почти все индулы настроены против него.
    – Что ж, не имею права отговаривать, только, пожалуйста, будь осторожней.
    – Обязательно, мам. Всё будет хорошо. Иди домой, я всё устрою, – Архин потёрся лицом о нос мамы. И развернувшись, отправился к шатру Гроха.
    Индулы на площади начали расходиться, продолжая обсуждать последние события. Архин же не хотел даже слушать их. Пора было действовать.

    Когда Амбассор пришёл в Ардык впервые, Архину было шесть. Тогда индул не интересовался ни посланником, ни эльфами, тогда Архин просто жил и радовался жизни. Играл с друзьями в войну и размахивал деревянной дубиной, мечтая стать сильным воином.
    Интерес к Амбассору и эльфам возник у него в восемнадцать лет, когда он услышал рассказы Кругха о трёх богах. Кругх был ровесником Архина, но в отличие от него, изучал магию. Архин быстро нашёл общий язык с новым знакомым и довольно скоро подружился с ним.
    Слушая всё новые и новые истории, рассказываемые другом, Архин всё чаще раздумывал о том, что Амбассор не тот посланник, которым его считают другие. Сначала причиной подобного недоверия был лишь тот факт, что колдун являлся человеком, пускай и не испытывающим страхи перед индулами. Архин считал, что Вайленд, если бы и послал к ним шамана, способного поднять мощь Ардыка в Антарии, не дал бы ему облик человека – народа, созданного братьями.
    После Архин стал замечать, что колдун разговаривает на непонятном ему языке. Когда Кругх пояснил, что это всеобщий, Архин окончательно убедился в том, что посланник прибыл вовсе не по воле Вайленда. Поделившись своими догадками с другом, он не нашёл поддержки. Кругх считал, что человеческий облик и незнание индулского языка колдуном не причина клеветать на того, кто исполняет волю Вайленда. Но мнение Архина эти слова не изменили.
    Архин попросил Кругха, с которым проводил всё свободное от службы время, научить его разговаривать на межрасовом языке, кроме того, Архин желал научиться читать рукописи индулов. Шаманы учились этому с десяти лет, поэтому Кругх согласился.
    Через год Архин понимал смысл фраз, долетающих до ушей при разговоре Гроха с колдуном. Вот только фразы эти были, по большей части, повседневными.
    К двадцати годам Архин свободно общался на межрасовом языке, а с другом-шаманом разговаривал только на нём. Помимо этого он также изучал записи из библиотеки шаманов, которые приносил для него Кругх. Воин-индул старался найти ответ на один лишь вопрос: что хочет получить Амбассор от индулов, если он не является посланником?
    В одной из исторических рукописей Архин обнаружил информацию, что существуют индулы лишь благодаря милости эльфов, созданий, которых он, как и всё племя, считает лютыми врагами. Конечно, этот отрезок истории расписывался в шаманском источнике так, будто в поступке эльфов была лишь дипломатическая заслуга индулского народа. Но Архин сделал из прочитанного собственные выводы, выводы, которые шли вразрез с убеждениями индулов. Эльфы после великой битвы с индулами оставили часть из них в покое только лишь из-за собственной гуманности. Врагами эльфов стали считать лишь после прихода Амбассора, до этого, как узнал Архин, отношения между двумя народами были если не дружественными, то сдержанными. После этого Архин понял, что Амбассор использовал индулов, чтобы нападать на эльфов, и его презрение к колдуну выросло в разы.
    О своей догадке Архин долгое время не рассказывал никому, даже Кругху.
    Однажды в Ардык наёмники привели живого эльфа, Грох приказал готовить жертвенную церемонию. За церемонией наблюдали, по крайней мере, полдеревни, но лишь один из зрителей сего зрелища не был от него в восторге. На этой церемонии Архин впервые увидел эльфа, он был очень похож на человека, коих на службе он видал достаточно. Взгляд приговорённого эльфа поразил индула до глубины души, это не был ненавистный взгляд или решительный взгляд смерти в лицо, даже обречённым его нельзя было назвать, скорее в глазах эльфа отражалась грусть и печаль. О чём печалился эльф перед смертью, Архин никогда не узнает, да и не хотел он этого знать, ему было достаточно того, что он видел этот взгляд. В тот день Архин окончательно убедился в том, что Амбассор их обманывает, вот только другие этого не замечали или не хотели замечать.
    На одном из собраний Архин попытался вразумить народ Ардыка, но никто не захотел его слушать, назвав полоумным. Тогда Архин заметил ещё один взгляд, который он запомнил на всю жизнь – довольный и уверенный взгляд Гроха. Ещё год назад этот взгляд разозлил его до глубины души, он высказал в лицо верховного шамана всё, что думал о нём. Скандал был на всю деревню, благо отец замял, но друзей с того момента у него не было, общался он лишь с сослуживцами и родителями.
    Архин видел Кругха на собрании, в тот злополучный день, и на секунды ему показалось, что друг верит ему и находит в его словах верные доводы. Но отец Кругха, приближённый Гроха, запретил даже разговаривать сыну с клеветником.
    Сейчас же против Гроха восстали даже шаманы, значит, у Архина был шанс восстановить былую дружбу с Кругхом, а также заручиться поддержкой молодого шамана.
    Жил Кругх рядом с Грохом, ещё два года назад Архин частенько приходил к нему в гости. Пещера отца Кругха делилась на два больших отсека, один из них принадлежал родителям, в то время как в другом комфортно расположился молодой шаман.
    Подняв полог, закрывавший вход в пещеру, Архин позвал друга:
    – Архин? – откликнулся Кругх из дальнего отсека пещеры. – Это ты? – Вскоре он вышел к гостю. Архин отметил, что его друг ни капли не изменился за всё то время, что они не видели друг друга. Всё тот же вздёрнутый нос, всё то же белое пятно шерсти на лбу, которое Архин называл третьим глазом, и всё та же странная ухмылка, природу, которой Архин никогда не понимал. Она была слегка грустной, но в тоже время абсолютно искренней. Увидев Архина, Кругх подошёл к нему. – Не ожидал тебя здесь увидеть, тем более после того, что произошло.
    – Ты о чём? – испугался Архин, что его роль в падении колдуна известна в деревне.
    – О том, что я перестал общаться с тобой после твоего выступления, – пожал плечами Кругх. – Я ведь тогда считал, что твои доводы не безосновательны, но поддержать тебя означало очернить моего отца. Репутация для него слишком много значит. Ты извини меня.
    Архин посмотрел на друга и понял, что не сможет простить ему этот поступок, слишком тяжелым оказалось то время, когда все от него отвернулись. Пускай подобное существование за год вошло в привычку, но тот день он запомнит навсегда.
    – Идём, прогуляемся. Не хочу разговаривать здесь, – только и сказал он.
    Архин вышел из пещеры и пошёл по деревне, выбирая маршрут наобум. Кругх поспешил за ним.
    – Слушай, давай просто постараемся не вспоминать этот эпизод нашей жизни, – заговорил Архин, – ты же понимаешь, что я не смогу простить. Забыть – возможно. Простить – вряд ли.
    – Хорошо. Ты прав, постараемся забыть, – кивнул Кругх. – Хоть это будет и нелегко, – подумал он.
    – Ты же понимаешь, что я пришёл к тебе не поболтать о жизни?
    – Догадываюсь. У тебя есть вопрос или просьба настолько важные, что они покрывают обиду на меня?
    – Не совсем. У меня есть к тебе предложение, – сказал Архин, решив не уточнять, что обида прошла, остался лишь лёгкий осадок. – Хотя сначала, конечно, я хочу у тебя спросить кое-что.
    – Давай, спрашивай, я постараюсь ответить, как есть, – сказал Кругх, решив, что может не бояться за репутацию отца, ведь слово Гроха сейчас ничего не стоило. Возможно даже, Грох последние дни является верховным шаманом, наверняка скоро произойдёт переизбрание, ввиду ошибки действующего вождя.
    – Видения, что приходят иногда к шаманам от Вайленда, о чём они обычно?
    – Не знаю, – пожал плечами Кругх, – в них нет ничего общего. Обычно Вайленд даёт какое-то наставление, совет или предупреждение шаману.
    – Вайленд сам является к шаманам?
    – Да, насколько я знаю, сам. Хотя в большинстве своём шаманы всего лишь слышат голос, но не видят говорящего.
    – А как выглядит Вайленд в этих видениях?
    – Вот чего не знаю, того не знаю. В некоторых источниках я читал, что Вайленд похож на человека, но ничего более конкретного сказать не могу.
    Архина словно ударило разрядом молнии, он понял глупость своих аргументов, что приводил, когда пытался убедить племя, что Амбассор самозванец. Вайленд мог бы послать в Антарию не человека, а существо, похожее на себя, то есть Мьюрта, который очень даже схож с человеком и эльфом. Вот только язык, который использовал Амбассор, всё равно говорил о принадлежности к людям, но не к Вайленду. Их божество прекрасно владеет индулским языком, во всяком случае, в видении он не использовал слов межрасового.
    – А могло видение прийти не к шаману? – задал после нескольких секунд раздумий вопрос Архин, который более всего интересовал его.
    – Не знаю, – снова ответил Кругх, – во всяком случае, я о таком не слышал. А ты это спрашиваешь… Тебе что, было видение? – догадался молодой шаман.
    – Вроде того, я не хочу о нём рассказывать. Если до этого оно не являлось воинам, то мне вновь никто не поверит.
    – Архин, – обратился к нему Кругх, посмотрев в глаза Архина, и выдержал короткую паузу, будто пытаясь понять, что было в том видении, – Расскажи мне. Может, я придумаю, как поступить. В конце концов, влияние Гроха упало, а ты был единственный, кто не считал Амбассора посланником. Я уверен, что многие после сегодняшних событий вспомнят, как ты пытался вразумить народ, и переосмыслят твои слова.
     Архин долго не отвечал, размышляя над сказанным. Кругх был прав, теперь все, кто помнят то собрание, встанут на его сторону.
    – Где твой отец? – спросил Архин, пытаясь понять сложившуюся вокруг ситуацию и решить, что делать дальше.
    – На собрании шаманов, – ответил Кругх, удивившись вопросу друга. – Их Грох созвал, чтобы решить, что делать дальше. Думаю, они изберут нового верховного шамана, чтобы успокоить народ.
    – Не уверен. У Гроха наверняка существует влияние на круг шаманов. А даже если изберут нового…, – задумался Архин на мгновенья. – Не считаю, что многое изменится. Главный кандидат на роль верховного шамана после Гроха – твой отец. Как думаешь, как он поступит, чтобы вернуть доверие индулов? Ведь родственники многих сейчас находятся на острове.
    – Самое очевидное – согласиться на союз, - ответил Кругх. – Хотя прав, – добавил он чуть позже, – Грох может не позволить, как бы там ни было, среди шаманов его влияние сохранилось, пускай и ослабло. Грох слишком упёрся в идею покончить с эльфами раз и навсегда, думаю, его не остановят ни пленники на острове, ни посох Амбассора в руках эльфов.
    – Это меня и волнует, – пояснил Архин, – среди пленников на острове находится мой отец и находится там по моей вине. Я не допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось.
    – Что собираешься делать?
    – Не вижу другого выхода, кроме как убрать с пути Гроха. Твой отец без вмешательства Гроха согласится на союз с эльфами.
    – Думаю, да, – неуверенно ответил Кругх. – Только тебе не кажется, что убийство Гроха чересчур кардинальное решение?
    – Есть другие предложения?
    – Нет. Точнее, да. Можно попытаться просто полностью отстранить его от решения каких-либо вопросов, разжаловать из шаманов за нарушение воли Вайленда, – предложил Кругх.
    – Ты уверен, что другие шаманы поддержат нас?
    Кругх покачал головой:
    – Сам подумай, что будет, если ты убьешь Гроха.
    – Что будет? Простые индулы-воины и кузнецы меня поддержат, а шаманам будет деваться некуда. В крайнем случае, стану вождём племени.
    – Что? – посмотрел Кругх на своего друга, будто перед ним стоял слабоумный. – Ты прекрасно знаешь наши правила: вождём может быть лишь шаман.
    – Ты должен понимать, что устои Ардыка нарушил Грох. Если видение было истинным, Вайленд сам изъявил желание, чтобы во главе племени встал воин.
    – То есть ты? – уточнил Кругх. – В твоём видении Вайленд просил тебя занять место Гроха.
    – Да, – ответил Архин, решив не рассказывать о миссии, которую поручил ему бог.
    – Так, стоп. Подожди… Подожди… – торопливо заговорил Кругх, пытаясь обдумать сказанное, – А ты видел Вайленда или слышал его голос?
    – Видел, – ответил Архин.
    – В таком случае, возможно, обойдётся без кровопролития. Видишь ли, те шаманы, которых посещало видение, не распространяются другим о внешнем виде Вайленда, чтобы можно было проверить подлинность того, что к шаману действительно являлся Вайленд. Поэтому к голосовым посланиям Вайленда относятся прохладнее. Давай дождёмся окончания совета круга шаманов и отправимся к моему отцу, он видел Вайленда, если его облик подтвердится, он поможет нам.
    – В чём поможет?
    – Как в чём? Сделать тебя нашим вождём. Если уж на то была воля Вайленда, против неё папа точно не пойдёт.
    – То есть ты веришь, что Вайленд приходил ко мне?
    – А почему нет? Врать тебе резона нет. Да и, откровенно говоря, один раз я тебе не поверил, после целый год об этом жалел. Так что? Идём ко мне домой? Ждать папу?
    – Пошли, – согласился Архин.
    Друзья отправились в пещеру Кругха, непринуждённо обсуждая последние события, забывая о недоразумении, произошедшем год назад и надолго разлучившем их.
    В пещере они провели более часа, ожидая Аруха, шамана из круга и отца Кругха. За это время друзья рассказали друг другу всё, что произошло с ними за время разлуки, перебрали все темы, что могут обсуждать два друга, не разговаривавшие целый год.
    Кругх с раскрытым ртом слушал рассказ Архина о встрече с эльфами на острове и после осудил друга за столь рискованный шаг, сделанный лишь из-за желания разоблачить лжепосланника, но Архин пояснил другу, что враг становится другом, если у тебя и у него общие цели. Рассказывать Кругху о доброте эльфов было бессмысленно, никто в Ардыке не поверит в их милосердие, даже если Ирена согласится на союз с индулским народом, без каких-либо серьезных требований к существам помогавших Амбассору. Сам же Архин, когда шёл к острову, надеялся лишь на то, что эльфы поймут его тогда, когда не смогли понять сородичи и поверят в то, во что не поверил бы он сам, будь на их месте.
    Отец Кругха пришёл в пещеру, когда Архин с другом начали скучать и просто сидеть в ожидании, разглядывая замысловатые узоры из царапин, оставшиеся после раскопки пещеры из остывшей лавы.
    – Что решили? – встретил отца вопросом Кругх.
    – Ничего, – отец друга был не в духе, и это обнадёживало Архина. – Грох упёрся, – после этих слов уверенность в сердце индула обрела опору, – и не желает уступить эльфам. Хотя сейчас у нас нет другого выхода. – Тут он заметил, что в пещере кроме сына находится кто-то ещё. – О, Архин! Ты извини, что тогда так вышло, сам знаешь, репутация у Гроха была безупречной. Рад, что ты зашёл. Видимо, всё понимаешь.
    – Да, понимаю, – кивнул Архин, – Арух, видите ли, я пришёл по делу.
    Архину показалось, что в глазах у шамана мелькнула надежда, а его злость, будто водой смыло.
    – Догадываюсь я, какие у тебя дела, – заговорщицки посмотрел Арух.
    – Нет, пап, не догадываешься, – встрял Кругх в разговор, который Архин успел спланировать на пару реплик вперёд, – он говорит, что к нему являлся Вайленд!
    – Вайленд? – не поверил Арух.
    – Да, Вайленд, – повторил Кругх.
    – Архин, это правда? – вмиг посерьёзнел Арух.
    Архин кивнул.
    – Я тебя не буду спрашивать, о чём он говорил. Мне больше интересно другое, как он выглядел?
    – Он имел человеческий облик, – начал описывать Вайленда Архин, – с черными точками на лице и серыми волосами. Волосы были длинные, до плеч. – Индул замолчал, пытаясь вспомнить какие-то особенности внешнего облика явившегося к нему божества, но так и не смог. Для него почти все эльфы и люди были слишком похожи друг на друга, чтобы выделять в них что-то конкретное. Лишь общие черты, которые невозможно описать.
    – Это всё?
    – Да. Не припоминаю больше ничего.
    – Что ж. Этого не достаточно. Расскажи, что было в твоём видении. Опиши весь сон. Что за чем происходило. Есть одна особенность, которая встречалась во всех видениях видимых шаманами. Если она встретится и у тебя, будет повод поверить твоим словам.
    Архин рассказал, как находился в пещере, после, почувствовав постороннего снаружи, вышел к нему навстречу. Пересказал суть разговора, умолчав об Эле, и закончил рассказ на том, как мужчина исчез, а сам Архин проснулся.
    – Интересно, – протянул Арух, погружённый в мысли. – Понимаешь, какая штука, я верю тебе и не сомневаюсь, что ты правдив и не выдумал явление Вайленда, вот только твои слова рушат все наши устои. В прошлый раз, когда ты хотел разрушить то, к чему привыкли все, ты стал изгоем.
    – Что ж, значит, меня не ждёт ничего нового, – Архин пожал плечами. – Так вы поможете мне?
    – Стать вождём? – уточнил Арух.
    – Да.
    – Честно тебе скажу, меня не устраивают планы Гроха. Родные тех, кто на острове, рано или поздно взбунтуются и свергнут его, а то и весь круг, тогда Ардык окажется без присмотра. Нам этого не нужно, а ты парень толковый. Единственный, кто готов идти против всех ради пользы племени. В общем, если будут вопросы, я выскажусь в твою пользу, но против Гроха идти не имею права, он пока ещё верховный шаман. И, конечно, я сообщу шаманам круга и Гроху о твоём видении и подниму вопрос о признании его истинности. Если круг будет против, ты знаешь, что делать.
    – Знаю, – кивнул Архин.
    – Думаю, придётся собрать их прямо сейчас, тогда и решим, что будет дальше. Идёшь со мной?
    – Да. У меня осталось лишь пару вопросов. Кругх, ты со мной? – спросил он друга, который до этого лишь слушал разговор.
    – Я с тобой, – ответил индул, боязливо посмотрев на отца, но, не услышав противоречий, добавил, – могу даже помочь в чём-то, если, конечно, в твоих планах есть лишняя роль.
    – Есть, – вновь кивнул индул. – Хотя, надеюсь, обойдётся без неё. Арух, есть ещё кое-что, что я хотел бы знать.
    – Да?
    – Что за деталь из рассказа убедила вас в моей правдивости?
    – Ты вышел из пещеры, – пояснил Арух. – Вайленд во всех видениях не подходил к тому, кому желал передать послание. Шаман всегда чувствовал, что с ним хотят поговорить, и выходил к Вайленду сам, чтобы услышать наставление или получить миссию.
    – Что ж, хорошо. Думаю, нам следует отправиться на совет.
    – Да. Я сейчас дам указание воинам, что охраняют пещеры, чтобы они разнесли шаманам весть.
    – Кругх, – обратился Архин к другу, – ты с нами, думаю, я найду тебе роль, даже при благоприятном исходе собрания.

***

    Совет круга шаманов был собран незамедлительно. Через десять минут после разговора Архина с Арухом почти все шаманы Ардыка вновь собрались в пещере Гроха. По их лицам было понятно, что они вовсе не в восторге от повторного сбора.
    – Арух, объясни нам, зачем ты собрал совет сразу после первого, безуспешного собрания? – проворчал один из шаманов круга.
    – Я собрал вас, потому что время, отведённое нам эльфами и людьми на принятие решения, подходит к концу. Если мы к утру не решим, что делать, родные тех, кто находится в плену, взбунтуются.
    – У тебя есть предложение как сдвинуть дело с мёртвой точки? – съязвил Грох, считающий, что ситуация под его контролем.
    – Конечно, иначе бы я вас не созвал. Дело в том, – начал объяснять Арух своё предложение, – что принятию правильного решения мешает наделение голоса верховного шамана повышенным приоритетом. В остальном же наши мнения, относительно того, что делать дальше – разделилось таким образом, что союз поддерживают четверо, а продолжение войны - лишь двое.
    – Арух, – прервал его один из шаманов, – ты предлагаешь лишить Гроха права голоса и склонить решение к тому, за которое высказываешься ты.
    – Я объяснял, что Грох поступил против воли Вайленда, выдав Амбассора за посланника, я предлагал вам принять решение о наказании.
    – В таком случае, вы должны помнить, что мы объяснили, что Вайленд наверняка бы поддержал начинания Гроха. Он создал нас, чтобы уничтожить существ своих братьев и вот спустя много лет у нас это практически получилось.
    – А что бы вы сказали, если бы Вайленд был против уничтожения эльфов? Как бы поступили? Приняли бы его волю? – повысил голос Арух.
    – Конечно.
    – И наказали бы Гроха? – спросил Арух, оглядев лица шаманов круга. Все они задумались, и лишь на лице Гроха проскользнуло секундное волнение.
    – Да, если бы у нас были доказательства, мы бы отстранили его от дел и, возможно, изгнали бы из Ардыка.
    – Что ж, отлично. Подождите секундочку.
    Арух вышел из пещеры и подозвал Архина и своего сына, которые стояли недалеко и дожидались своей очереди.
    – Как там? – спросил Архин.
    – Тяжело нам придётся, – ответил Арух, – хотя пора припереть Гроха, он может почувствовать безнаказанность. А учитывая настроения в деревне, нам, шаманам, это может выйти боком. Ни один индул не подумает, что идёт против Вайленда, когда пойдёт против круга. Так что до ночи мы должны принять решение о принятии союза с эльфами. Надо признать, умение Гроха убеждать не подвело, два шамана всё так же верят его словам и поддерживают его планы. Если нам удастся убедить хотя бы одного из них , победа будет за нами.
    – Тогда пошли. Незачем терять время, – поспешил Архин.
    Шаманы были удивлены, когда заметили, что вслед за Арухом и его сыном Кругхом в пещеру вошёл Архин. Индула хорошо знали члены круга.
    – Этот индул, – указал Арух на Архина, – утверждает, что, когда он путешествовал на север, во сне к нему явился Вайленд. Думаю, вам будет интересно послушать его, так как я был поражён, когда он рассказал свою историю.
    – Хотите сказать, что вы обсуждали с ним видение? – встал Грох.
    – Да, – ни на секунду не смутившись напору верховного щамана, ответил Арух.
    – Забавно. Но из троих шаманов, к которым приходил Вайленд, этот воин выбрал именно вас. И что более забавно, я догадываюсь, его рассказ соответствует вашим желаниям, Арух.
    Арух хотел было что-то ответить верховному шаману, но слово взял сам Архин:
    – Я пришёл в первую очередь не к Аруху, – решительно посмотрев на Гроха, ответил Архин, – я хотел посоветоваться с другом Кругхом, когда вернулся с севера. Именно он предложил обратиться мне к своему отцу. И дело тут вовсе не в том, какого взгляда он придерживается, просто я, как и Кругх, не могу доверять ни вам ,Грох, ни другим членам круга.
    – Грох, – заговорил один из сторонников продолжения войны с эльфами, – давайте не будем делать поспешных выводов. Меня тоже слегка настораживает, что Вайленд явился к воину, но думаю, на то могли быть свои причины. Давайте выслушаем его, а потом решим, врёт он или ему действительно снисходило видение.
    Архин рассказал кругу видение, в очередной раз упустив его вторую часть.
    – Интересно, – протянул один из шаманов круга. – Что думаете по этому поводу? – обратился он к остальным.
    – В принципе его видение во многом соответствует тем, что видели шаманы, – проговорил индул, который был третьим из живых шаманов, к которому являлся Вайленд. – Вот только всё это мог рассказать ему Арух, поэтому верить этому воину или нет – дело каждого. Я лишь могу сказать, что если он говорит правду, становится понятно, почему Вайленд обратился именно к воину, именно к этому воину. Шаманам Вайленд вполне обоснованно не доверяет. А Архин был единственным, кто считал, что Амбассор не посланник.
    – Это всё понятно и без того, – заговорил шаман, поддержавший до этого Гроха, – вот только что мы теперь решим? Поверим Архину и впервые в нашей истории огласим вождём воина или же останемся при старых мнениях?
    – Голосуем? – спросил Грох, слегка севшим голосом.
    – Да, только без твоего голоса, Грох. Мы знаем, что оно не изменилось. Давайте высказываться по очереди.
    – Думаю, те, кто раннее признавал неизбежность союза с эльфами, не изменили своего мнения и считают, что Архин должен встать во главе деревни. Так? – спросил Арух у членов круга.
    – Так, – кивнули три шамана.
    – Тогда слово за вами, – обратился Арух к тем, кто до данного совета поддерживали Гроха.
    – Лично я не изменил своего решения, – ответил первый шаман. – Эльфов нужно дожать. Я считаю, что подобное в наших силах. А Архин, на мой взгляд, лишь индул, который рассказывает придуманную вами историю, – шаман кивнул в сторону Аруха.
    Арух, который должен был возмутиться подобным словам, промолчал и лишь смотрел на второго шамана, который ещё не высказался. Архин решил последовать его примеру и невозмутимо улыбнулся, когда шаман закончил говорить.
    – Что ж, все высказались и слово, видимо, осталось за мной, – размеренно проговорил последний шаман. – Люблю подобные ситуации. Как я скажу, так и будет, – улыбался он, а Архин не мог понять, над кем именно издевается шаман: над Грохом, над ним или над обоими. – В первую очередь, считаю нужным сказать, что парню я ни на йоту не поверил. Думаю, он действительно всё выдумал, вместе с Арухом. – Архин посмотрел на отца Кругха, он оставался всё таким же, невозмутимым, будто и не решалась его судьба и судьба всего племени в эти секунды. – Вот только в чём загвоздка, я считаю правильным поставить его во главе деревни.
    – Что? – переспросил возмутившийся Грох. – Ты же сам сказал, что не веришь этому воину.
    – Правильно, не верю. Но в сложившейся ситуации, нам проще посадить на место вождя кого-то из воинов. Того, кто известен как противник воины с эльфами. Сами подумайте, – обратился он скорее ко всему совету, нежели только к Гроху, – если мы примем решение о продолжении истребления эльфов, родные пленных взбунтуются, некоторые даже могут решить, что мы идём против воли Вайленда. Если же круг решит заключить союз с эльфами, пойти против нас могут те, что потеряли своих родных на войне. Ведь выйдет так, что они погибли напрасно, лишь по прихоти шаманов. Мы оказались меж двух огней, но все наши проблемы решатся, как только вождём станет такой воин, как Архин. Во-первых, он был против войны с эльфами, а значит, обвинить его не в чем. Даже если он решит продолжить истребление, его поддержат, ведь в плену находится и его отец, значит, вождь тоже будет жертвовать.
    Архин лишь на секунду удивился тому, откуда шаман знает, что среди пленных на острове находится его отец. Не по поручению ли шаманов папа отправился на этот треклятый остров? Но думать не было времени, шаман продолжал приводить доводы в его пользу, а Архин не хотел пропустить ни слова, чтобы после быть в курсе.
    – Во-вторых, если видение имело место быть, избрав его вождём, мы получим какое-никакое, но удовлетворение от Вайленда, а это, поверьте мне, дорогого стоит. Что же касается наказания Гроха, то тут пусть решает сам Архин, достаточно лишить титула или следует изгнать из деревни.
    – Что ж в таком случае, – подвёл итог Арух, – мы можем назначить Архина вождём на площади, при всех индулах, чтобы он как можно быстрее занялся делами.
    – Мы не против, – кивнули члены круга.
    – Только есть одно «но», – заговорил шаман, высказавший доводы в пользу Архина, – чтобы тебя признали как можно больше индулов, тебе нужна поддержка шамана. Считай, что один из нас будет твоим советчиком. Кто это будет. Решать лишь тебе.
    – Кругх, – только и сказал Архин, – я хочу, чтобы моим советчиком был Кругх, – продолжил индул, оценив эффект произведённый на шаманов. Все они были обескуражены. Его друг, который до этого лишь слушал рассуждения шаманов, чуть не подпрыгнул, услышав своё имя в такой момент. – Он один из немногих, кому я могу доверять, и опыта у него не мало. В случае чего Арух ему что-то подскажет.
    – Тогда, может, назначишь советчиком самого Аруха? – предложил всё тот же индул.
    – Нет. Я решил. Им будет Кругх.
    – Хорошо. Будь по-твоему. Ты же теперь решаешь, – пожал плечами шаман. – Пошли на площадь, нужно индулам сообщить, что теперь у Ардыка новый вождь.
    Архин, не верящий, что всё прошло настолько легко и без особых проблем, не заметил, что Грох покидал пещеру.
    – Вы куда? – окликнул его Арух.
    – В изгнание, – улыбнулся Грох натянуто, – не нужно быть провидцем, чтобы сказать, какую участь для меня уготовит новый вождь. Против круга я бессилен, поэтому придётся считаться с его мнением.
    – Пусть идёт, – кивнул Архин, – он прав, я не собираюсь оставлять его в деревне после того, что он натворил.
    Лишь когда индулы вышли из пещеры, чтобы отправиться к площади для оглашения решения круга, Архин понял, что Грох подозрительно легко принял свою участь. Для индула с характером Гроха это как минимум странно, а подвергать себя и планы опасности Архин не хотел. Шепнув Кругху, что он подойдёт чуть позже, Архин подождал, пока шаманы скроются из виду, и принюхался к запахам возле пещеры, пытаясь определить, куда ушёл Грох. Индул решил, что нужно покончить с завравшимся шаманом раз и навсегда, сняв с пояса один из метательных топориков, он поспешил по следу Гроха.
    Архин нагнал Гроха в пределах деревни, решив отойти подальше от Ардыка, он не спеша последовал за изгнанным индулом. Когда костры деревни превратились в маленькие огоньки, Архин сократил расстояние между собой и Грохом.
    – Было бы глупо считать, что ты оставишь меня, – повернулся Грох, когда Архин готов был бросить топорик в спину шамана.
    Архин замешкался лишь на секунду. Грох без труда отскочил в сторону. Топорик вошёл в землю.
    – Знаешь, а ведь Эла ты не убил, – сказал Грох, пока Архин брал в руки второй топорик.
    Архина будто окатили холодной водой. Он замер с топором в руке, готовый в любую секунду метнуть его в изгнанника. В голове крутился один вопрос: откуда он знает об Эле. Пытаясь прочитать ответ в глазах Гроха, Архин заметил на лице усмешку, точно такую же, что была в тот день, когда он пытался настроить индулов против шамана. Эта улыбка взбесила воина. Он молниеносно бросил второй топорик, но и он вонзился в землю. Индул не ожидал подобной ловкости от шамана. Сняв с пояса боевой топор, он побежал к Гроху с твёрдой надеждой покончить с источником своих бед здесь и сейчас.
    – Архин! Волей Вайленда, заклинаю, выслушай меня! – прокричал Грох, отчеканивая каждый слог.
    Архин остановился. Его ноги и руки двигались свободно, он не чувствовал никакой скованности. Архин просто не посчитал нужным продолжить бег. Да и смерть Гроха теперь не казалась столь важной. Наверное, он бы даже отпустил Гроха, если бы тот захотел уйти. Но шаман не захотел.
    – Вайленд являлся ко мне и рассказал кое-что, – заговорил Грох, наслаждающийся сложившейся ситуацией, – ты же передал кругу не все его слова. Думаю, моё молчание о порученной тебе миссии, помогло. Так что не держи на меня зла, одно моё слово, и ты бы не стал вождём до тех пор, пока не убил эльфа. А теперь иди домой, у тебя много дел.
    Архин развернулся и последовал обратно в деревню.
    – И ещё, – проговорил Грох в спину уходящему индулу, – Эл опасен. Если ты не покончишь с ним, страдать будешь и ты, и твои родные, и всё племя Ардыка.
    Какая-то частичка души Архина понимала, что нужно завершить начатое дело, нужно убить шамана, но мысль о возвращении в деревню, о том, что он сможет сделать для Ардыка, когда станет вождём, манила к огням, подрагивающим вдалеке. Архину не хотелось тратить на глупого шамана то время, которое он мог бы потратить с большей пользой для себя и для всего племени.

    Эл с Прутом целые сутки провели в компании Сун и родителей Элла. Отдохнув и вдоволь наговорившись с самыми дорогими для него людьми, Эл понял – это именно то, ради чего он желал, чтобы история с колдуном поскорее закончилась. Все недавние беды Эла растворились в атмосфере тепла и уюта, как сахар растворяется в горячей воде. Эл лишь периодически уходил в себя, вспоминая о тех, кто лишился родных или даже погиб из-за него. Ведь если бы на экзамене он убил индула, деревня не была бы уничтожена. Если бы Элед не оказался рядом с Элом в ту ночь, он бы остался жив. Если бы на острове он держал себя в руках, Димар бы не сломал руку. Слишком много людей пострадало из-за того, что он эльф. А сколько ещё могло пострадать? Ведь энергия, текущая в нём, неуправляемая, как сказала Алиена. Значит, если она вырвется ещё раз, может произойти страшное.
    В конце концов, Эл решил, что нужно поскорее вернуться в Южную Антарию к Алиене и научиться придерживать энергию. Больше он не позволит сиянию брать разум под контроль. В любом случае нужно меньше корить себя. Того, что было, уже не исправить. Нужно лишь сделать так, чтобы в будущем больше никто не страдал, решил Эл.
    Когда отец напомнил, что скоро вернётся брат, и они смогут покинуть этот холодный край, Эл вспомнил, что Ирена поручила ему передать Верховному эльфу Сайлорского леса некое письмо, а также спросить его о причинах, побудивших северный край отделиться от южной части Антарии. Поведав об этом родным, Эл и Прут засобирались в путь, чтобы как можно скорее закончить с делами и не задерживаться в этих местах. Марел хотел было пойти с ними, но Эл настоял, что ничего не случится с двумя взрослыми, умеющими постоять за себя. Посмотрев, как Эл виртуозно обращается с клинком, Марел напомнил себе, что сын – эльф, а значит, сможет справиться с любой опасностью, встретившейся в пути, будь то хищник или бандит.
    Собравшись, друзья отправились по дороге к Сайлорскому лесу, благо располагался он совсем недалеко от крепости. По словам Марела, до эльфийского поселения можно было дойти не более чем за полчаса. И верно, менее чем через двадцать минут пути Эл и Прут заметили из-за деревьев древних исполинов эльфийского леса. Вскоре друзья заметили и самих эльфов, они шли по дороге навстречу.
    – Здравствуйте, – обратились эльфы, когда подошли ближе, – позвольте проводить вас в Сайлорский лес.
    – Конечно. Мы как раз направляемся к Верховному эльфу вашего леса, – кивнул подросток, несколько удивившись подобному приёму. Эл услышал едва различимый, мягкий звук шагов, со спины к нему и Пруту подошли ещё двое. Это более походило на арест, нежели на приветствие. В душе Эла заскребли кошки. Двое друзей, окружённые северными эльфами, шли по дороге к лесу. Эл не решался заговорить с конвоирами, да и с Прутом разговор в присутствии новых знакомых не вязался. Так, в полном молчании, они достигли Сайлорского леса.
    Подобного Эл не ожидал увидеть. Сайлорский лес будто перенесли из Южной Антарии и поставили посреди снежной пустыни. Деревья, в которых располагались хутреи, были лиственными, а листья на них не замерзали. Лишь на деревьях, расположенных на окраине, некоторые из листьев были слегка покрыты инеем. Здесь зеленела трава, а снег, не долетая до земли, таял. Да и воздух в лесу оказался куда мягче и теплее, чем далеко за его границами. Элу казалось, будто он попал в другой мир, пройдя сквозь магический портал.
    – Куда мы идём? – спросил Эл конвоиров, когда отошёл от удивления и лёгкого шока.
    – К верховному эльфу, – пояснил эльф. – Вам же к нему нужно?
    Эл кивнул. Он понимал, что вляпался во что-то неприятное и утащил за собой Прута. Сейчас предстояло выяснить, чем это пахнет. Эл посмотрел на друга - он был напряжён, видимо, подобная встреча Северных эльфов насторожила и его.
    Вскоре они достигли большого хутрея в центре леса. Прежде чем подняться по винтовой лестнице, Эл обратил внимание на источник, бьющий из-под земли. Вода, горячая настолько, что испускала пар, маленькими фонтанчиками выбивалась из-под земли, лишь на мгновенья задерживаясь на поверхности, и вновь утекала под землю.
    Северные эльфы неплохо поработали над украшением горячего источника, превратив его в настоящую гордость леса. Большие валуны окружали специально отобранные камни, уложенные в гору. В высеченной сердцевине камня, расположенного на самой вершине этой горы, светился магический огонёк голубоватого цвета.
    Когда Эл с Прутом вошли в хутрей, они заметили, что здесь их ждали. За круглым столом, стоявшим в центре комнаты, восседали семеро эльфов, все они были членами совета.
    – Здравствуйте, – обратился Эл к эльфам, не дав конвоирам поговорить с членом совета. Он решил, что это и есть Верховный эльф, и сосредоточил своё внимание на нём. – Меня зовут Эл, а моего друга – Прут. Мы пришли к вам, чтобы передать вести с юга, а также задать несколько вопросов, интересующих эльфов Южной Антарии, – пояснил Эл цель своего визита для собравшихся. – Провидица Ирена попросила меня передать вам это письмо, – Эл вытащил из рюкзака пергамент и положил на стол, рядом с одним из членов совета. Прочитать он его забыл, а значит, и рассказать совету, что в нём, не мог.
    – Кто такая Ирена? – спросил эльф, которого Эл окрестил Верховным.
    – Провидица. Она взяла дело в свои руки после того, как колдун Амбассор был остановлен.
    – Колдун был остановлен? – поднял глаза от письма эльф.
    – Да, – коротко ответил Эл. – Прочитайте письмо. Думаю, в нём рассказано о последних событиях, после я могу ответить на ваши вопросы.
    – Хорошо, – кивнул Верховный эльф, – присаживайтесь, – пригласил он друзей.
    Эл и Прут сняли тёплую одежду, чувствуя, что начинают потеть, и оглянулись по сторонам в поисках места, куда её можно было положить. Один из конвоиров подошёл, не говоря ни слова, забрал куртки из рук друзей и ушёл на улицу. Они облегчённо вздохнули, наслаждаясь прохладой, и заняли места за столом. Их приняли лучше, чем встретили, а это слегка обнадёживало.
    Ожидая, пока все эльфы прочитают письмо, Эл пододвинулся ближе к другу, склонился к его лицу и прошептал:
    – Что думаешь насчёт леса?
    – Магия, – пожал плечами Прут.
    – А фонтан возле этого хутрея?
    – Ну, он-то точно не может согревать весь лес и воздух над ним, – уверенно прошептал Прут.
    – Не знаю, – пожал плечами Эл. Он поднял голову и поймал взгляд Верховного эльфа. Решив, что неправильно шептаться в присутствии столь важных особ, Эл смутившись, выпрямился и стал разглядывать хутрей, в котором они сидели. Дом мало чем отличался от того, что Эл видел в Руанском лесу. Оружие, украшающее одну из стен, картины, разве что среди пейзажей преобладали заснеженные равнины, хвойные леса и горы. Среди портретов Эл заметил лицо со знакомыми чертами. Где он мог его видеть, Эл не вспомнил. Решив, что похожий портрет висел в хутрее Руанского леса, Эл продолжил разглядывать висевшие картины.
    – Как вам удалось остановить колдуна? – спросил верховный эльф Эла, когда большая часть совета прочла текст письма.
    Эл замялся. Он только сейчас осознал, что не знает, стоит или нет рассказывать совету о своей болезни, об энергии, текущей в нём. Как они отреагируют на новость о том, что к ним явился неуправляемый и опасный подросток?
    – Я не знаю, – ответил он. – На битву с колдуном ходили лишь взрослые друиды и воины, – состроил невинное лицо Эл.
    – А много вас на юге в живых осталось? – спросил один из членов совета.
    – Трое молодых эльфов, – ответил Эл, пересчитывая в уме участников сопротивления, – и шестеро взрослых. Хотя я не утверждаю, что это все, это лишь те, кого мы смогли разыскать.
    На некоторое время члены совета замолчали, будто раздумывая над чем-то, а после верховный эльф обратился к эльфам-охранникам, стоящим у двери:
    – Отведите их в комнаты для гостей, пускай отдохнут с пути.
    – Подождите, подождите, – вскочил Эл со своего места, – нам нужно получить ответы на наши вопросы и возвращаться домой. Мы не намерены задерживаться в этих местах.
    – Не волнуйтесь, – проговорил верховный эльф чересчур мягким тоном, – мы обсудим вести, которые вы принесли, и решим, чем северные эльфы смогут помочь. Когда мы решим, что делать дальше, вас приведут обратно и мы выслушаем ваши вопросы.
    – Идём, Эл. Не стоит с ними спорить, – прошептал Прут другу.
    Эл успокоился и вышел из хутрея. Прут последовал за ним. Как только друзья спустились по лестнице, двое конвоиров выбежали вперёд, Эл почувствовал, что ещё двое идут за спиной. Судя по всему, эльфы Сайлорского леса не хотели, чтобы глаза гостей увидели то, что для них не предназначалось.
    По пути к комнатам Эл всё же заметил то, что поразило его больше, чем тёплый оплот посреди суровой зимы. Среди деревьев Сайлорского леса стояла клетка, вольер для животных, в котором содержали единорога. То самое сказочное существо, о котором он читал в книгах. Белоснежный окрас притягивал к себе внимание, а рог лишь украшал голову и не казался чужеродным. У Эла и мысли не возникло сравнить это животное с лошадью, слишком прекрасно оно было. Прекрасно и грациозно. Красивый вид омрачали лишь грустные глаза. Эл понимал, что это не грусть, вызванная жизнью в неволе, это грусть одиночества.
    – Поторапливайся, – подтолкнул Эла в спину один из эльфов.
    – Зачем вы держите единорога в неволе? – спросил Эл, пропустив грубость конвоира мимо ушей.
    – Не твоего ума дела. Держим, значит надо. Иди дальше.
    Подобный ответ разозлил Элла, и он, замолчав, последовал за эльфами в комнаты.
    – Ничего. Расскажу Ирене, что у вас здесь творится, она быстро разберётся, – думал Эл. – Единорогов в неволе держат, с гостями будто с пленными обращаются, скрывают что-то.
    Вскоре они поднялись в нужный хутрей. Эл вошёл первым и сразу понял, что влипли они во что-то мерзкое. На Эла и Прута были нацелены наконечники стрел, вставленных в тетиву.
    – Отдайте нам своё оружие, – проговорил один из конвоиров. – Если совет решит, что вы не опасны, вам вернут ваши клинки и отпустят.
    – В противном случае? – спросил Эл, догадываясь об ответе.
    – Вас будут держать в тюрьме, – ответил конвоир.
    Эл, обучаясь в школе, много раз думал о том, что он сможет сделать, когда в сердце целится стрела. Успеет ли что-то сделать, прежде чем она достигнет цели. Часто считал, что успеет, успеет вытащить меч, отскочить в сторону, нанести удары ближайшим охранникам и сбежать, но не сейчас. Сейчас рядом с ним стоял друг, не такой ловкий и быстрый, как он. Да и противниками были эльфы, которые в сотни раз лучше владели оружием, нежели он.
    Сняв со спины лук, колчан со стрелами и меч, Эл передал его конвоирам. Прут последовал его примеру, отдав эльфам свои метательные ножи.
    – Кинжал, – напомнил Элу один из эльфов.
    Эл подчинился и, скрепя сердце, отдал конвоирам отцовский подарок. После друзей обыскали в поисках спрятанного оружия. Не сумев ничего найти, их развели в разные комнаты. Они были небольшими. Лишь низкая, узкая кровать да деревянная тумбочка, давно отслужившая свой век, умещались здесь.
    Конвоиры заперли двери и покинули хутрей. Осмотрев свою тюрьму, Эл отметил, что окно слишком маленькое и через него не просунуть даже голову. Стены в хутрее были не слишком толстыми и, судя по всему, установлены на скорую руку. Эл понял, что хутрей изначально использовали как жилой, только позже его переформировали в тюрьму.
    – Прут, – крикнул Эл, подойдя к стене, – слышишь меня?
    – Слышу.
    – Что делать будем? – спросил Эл, понимая, всю глупость данного вопроса в подобной ситуации, но желая услышать голос друга.
    – Не знаю. Только ждать остаётся. Они тут все какие-то странные. Не понимаю, что происходит и за какие такие заслуги нас заперли.
    – Да, – протянул Эл, усевшись на кровать, – влипли.
    – Ничего. Выберемся, – услышал Эл уверенность в голосе Прута, которая зародила надежду в душе.
    – Что ж, будем ждать, – согласился Эл.

***

    – Что думаете? – спросил верховный эльф Гурайл у членов совета.
    – Нечего здесь думать, – заговорил один из эльфов. – Врут они или нет, мы поймём, только когда придут новости с юга. В любом случае нам следует опасаться южных эльфов сильнее, нежели раньше. Если они убили колдуна, в их руках посох необычайной силы, и они не скажут нам спасибо за то, что мы оставили их в трудной ситуации. Если же они заключили с колдуном союз, то сила до сих пор в руках Амбассора, но от этого наша безопасность не увеличивается.
    – Верно, – подхватил рассуждения другой эльф, – но что, если эльфы не опасны для нас сейчас, что, если эльф, пришедший к нам – катализатор предсказанной войны. Ирена, которая послала его на север, узнав о пленении, может отправиться спасать этого мальчишку, а, как я понял, именно она завладела посохом.
    – То есть вы предлагаете отпустить эльфа? – спросил Гурайл.
    – Да, – кивнул эльф. – Пленение предыдущих эльфов сходило нам с рук, потому что на территории Южной Антарии шла чистка и никто не заботился о том, куда пропали родственники, списывая всё на колдуна и индулов. Сейчас же всё может обернуться так, что предсказание друидов сбудется по нашей глупости.
    – Ну, предположим, на севере много чего в пути может случиться, – высказал мысль один из членов совета.
    – Не думаю, что этот парень так прост, как кажется. Выжившим удалось победить колдуна, а значит, они не настолько глупы, чтобы посылать на север несмышленого мальца, – парировал сторонник идеи отпустить Эла.
    – Тоже верно. В таком случае, как нам поступить? Он может быть разведчиком, желающим узнать, что происходит на севере. Отпустить его - значит признать, что Южные эльфы против нас ничего не замышляют и друиды ошиблись.
    – Друиды не ошиблись в любом случае, – твердо сказал Гурайл.
    – Тогда отпускать эльфа нельзя.
    – Но если мы отпустим его, мы можем отсрочить нападение.
    – А можем приблизить.
    Обсуждение переросло в спор. Члены совета разделились на две группы, одна из которых утверждала, что эльфа спокойнее будет отпустить, другая, что безопаснее будет держать его в плену, а в случае прихода Ирены объяснить, что произошло недоразумение.
    – Простите, – в хутрей вошёл Оменар, эльф, возглавляющий группу, что обнаружила Эла с друзьями, – мы отвели их, – отчитался он.
    – Вы докладывали, что эльф и человек, расставшись с индулом, заходили в деревню Фрост, – Оменар кивнул. – Что они там делали?
    – Эльф заходил к родителям, – Оменар, заметив удивление в глазах членов совета, поднял руку, чтобы его не перебили и дослушали. – Эльфы отдали парня к людям на воспитание, за год до нападения, будто знали о колдуне. После того, как индулы разграбили деревню, в которой проживала эта странная семья, парень был разлучён с родителями, и они уехали к нам, на север.
    – Значит, эти люди живут в наших краях недавно?
    Оменар кивнул.
    – Меньше года, – уточнил он.
    – Кто поручился за них?
    – Брат человека. Он давно живёт в деревне под стенами Фроста.
    – В таком случае становится понятно, почему этот эльф пришёл с человеком. И у нас нет никаких причин его задерживать, ведь он не давал нам повода для беспокойств, – сказал немолодой друид с непривычно короткими для эльфийского народа волосами.
    – Как это? – возмутился Верховный эльф, – а индул, сопровождающий эльфа. Они заключили с ними союз!
    – Мы тоже не воюем с индулами, – напомнил ему друид.
    – Но мы и не дружим с ними.
    – Всё равно, это не причина держать эльфа в плену, – парировал коротковолосый эльф. – Признайтесь просто, что вы боитесь мощи магического посоха.
    – Да, боюсь! Боюсь! И ты не посмеешь меня в этом упрекнуть. Южные эльфы держат в своих руках большую силу и мы более не можем позволить себе сидеть сложа руки. Мы должны сделать всё, чтобы предотвратить предсказанное друидами.
    – Вы не последовательны, Гурайл. Ещё пару минут назад вы были уверены, что избежать событий, предсказанных друидами, нам не удастся.
    – Плевать! – прокричал Гурайл. – Плевать! Я лишь хочу сохранить мир на севере, я хочу сохранить жизнь моего народа! – он вскочил со стула и отошёл к окну, пытаясь успокоиться. – Оменар, – обратился он к воину, успокоившись и продолжая смотреть в окно, – собери группу и сходите, проверьте эту семью, после возвращайтесь в лес и сообщите об успехах. Там решим, что делать с эльфом и человеком.
    – Хорошо. Вернёмся, как только всё сделаем, – ответил Оменар и поспешил удалиться. В хутрее нависла тишина. Все ждали дальнейших действий и указаний Гурайла, даже члены совета не решались произнести ни слова.

***

    – Он повзрослел, – отметила Брайдж, когда Сун поднялась в свою комнату, оставив родителей Эла наедине.
    – Конечно. По-другому и быть не могло, – согласился Марел с женой. – Мы даже представить не можем, что он пережил. Уверен, что его рассказ - это лишь малая толика того, что произошло.
    – Наверное, решение оставить его было ошибкой.
    – Сейчас поздно сожалеть о случившемся, – обнял Марел Брайдж. – Тем более, что всё закончилось более чем хорошо. Все живы, здоровы.
    – Наверное, – кивнула женщина. – Каким же он стал, вроде бы не видели всего пару месяцев, а он так изменился. Взгляд не такой жизнерадостный, а грустный и решительный.
    – Он друга потерял. И с бандитами сражался. Ты чего хотела? Он стал другим. Совсем другим. Теперь никогда не будет Эла, которого мы знали.
    – А ты заметил, как он к Сун охладел? Раньше он по-другому на неё смотрел, не знаю, мягче, что ли. Наверное, среди эльфов девушку себе нашёл.
    – Может быть. А может быть, просто понимает, что нет у них будущего. Она же человек, а он эльф.
    – И что? Это не такая уж и большая помеха для влюблённых.
    – Но ведь помеха, – парировал Марел.
    – Эла бы она не остановила, – возразила Брайдж.
    – Она не остановила бы прошлого Эла. Сейчас он другой, кто знает, о чём он думал и к каким выводам приходил в одиночестве и в компании эльфов. Может, он вообще всё переоценил. А твоя Сун, между прочим, тоже не сильно приходу Эла обрадовалась.
    – Она просто в лёгком смятении пребывает от его прихода. Она же считала его погибшим.
    – Да, наверное, правильнее было рассказать ей. Хотя с меня хватило переживаний одной женщины. По ночам молилась, причитала, а сын оказался живой и невредимый.
    – Это ему Эреф помог, не зря значит молилась.
    – Ну да, конечно, – скептически кивнул Марел. – Пошли сумки потихоньку собирать, завтра Рекар вернётся, послезавтра отправимся домой.
    Марел и Брайдж не успели подняться в свою комнату, их остановил стук в дверь с улицы. С момента ухода Эла прошел всего лишь час, вряд ли он и Прут успели вернуться. Марел не спеша проследовал к двери, перебирая в уме имена тех, кто мог заявиться в гости. Брайдж осталась возле лестницы и смотрела на дверь, ожидая, пока муж откроет, а она сможет увидеть нежданного гостя.
    Однако гость оказался вовсе не гостем, а хозяином дома. На пороге, перед Марелом, стоял человек плотного телосложения и невысокого роста, густые усы которого подчёркивали растянувшуюся улыбку.
    – Не ожидали, – рассмеялся Рекар, брат Марела, увидев слегка удивлённые лица родственников.
    – Мы тебя завтра ждали, – пояснил Марел, пропуская брата в дом.
    – Далеко в лес не пришлось углубляться, – ответил Рекар, стягивая шерстяную шапку с головы, – зверь храбрый пошёл, всё ближе к Фросту подбирается. Скоро охотиться можно будет, отойдя метров на пятнадцать от дома. Раньше-то они старались подальше от этих мест держаться, всё ближе к горам бегали.
    Марел закрыл дверь, пресекая путь холодному ветру. Под навесом, возле дома, он заметил сани с тушей какого-то крупного животного.
    – Привёз нескольких кроликов и крупного кабана. Одному из наших, Руберту (он в нескольких домах от нас живёт), удалось целую семью этих животных выследить, так что добычу вся группа солидную привезла.
    – Отлично. Раздевайся, садись за стол, мы ели недавно, там ещё немного каши осталось, поешь, – предложила Брайдж.
    – С удовольствием, у тебя каша получается, пальчики оближешь! – улыбнулся Рекар. – А подлив так вообще объедение.
    – Да ладно, – улыбнулась Брайдж, – хвалить ты всегда умел.
    – Где Сун? – поинтересовался Рукар, умываясь.
    – Наверху.
    – А чего не спускается?
    – Рукар, понимаешь, вчера к нам Эл вернулся.
    – Как вернулся? – замер Рукар над умывальником. – Ты же говорил, что он погиб.
    – Получается, что ошибался. Жив, здоров, вчера пришёл сюда, разыскал нас.
    – И где он? Хочу посмотреть на человечного эльфа, племянника своего, – улыбнулся Рукар. – Он у Сун в комнате?
    – Нет, он отправился в Сайлорский лес, по поручению эльфов Южной Антарии. И, Рукар, когда он вернётся, мы уедем от тебя обратно на юг.
    – Как в Сайлорский лес?.. – переспросил Рукар. – Ай-йа! – выругался мужчина, на лице отразилось беспокойство, даже испуг, – вы же не знаете ничего! Ый, как не хорошо получается! Эльфы Сайлорского леса, они же ополчились за что-то на Южных! Не знаю, что за задание было у твоего сына, но не думаю, что они вообще захотят его слушать, – забеспокоился мужчина, обратно одевая куртку. – Это же они придумали запретить север для свободного въезда, тем самым отделившись от Южной части. Чего сидишь, – прикрикнул он на ошарашенного брата, – одевайся, пойдём за сыном твоим!
    Марел оделся за несколько минут, надевая шапку, он заметил Сун, стоявшую на лестнице между вторым и третьим этажом, видимо, девушка всё слышала. Она была потеряна и будто исчезла из этого мира, углубившись глубоко в свои мысли. Марел с братом, как могли, успокаивали женщин, надевая ботинки, и после, бросив «всё будет хорошо», выбежали на улицу. Брайдж закрыла за ними дверь. Происходящее казалось ей неприятной шуткой, смысл, которой Брайдж не могла понять. Всё происходило будто во сне, страшном и не желающем отпускать своего зрителя.
    Они стояли несколько минут, Брайдж возле двери, Сун на лестнице, пока их взгляд не встретился. В эту секунду они вышли из забытья. Сун попыталась выдавить улыбку и спросила:
    – С ним же всё нормально будет?
    – Конечно. Почему нет?
    – Ну, дядя Рукар сказал…
    – Дядя Рукар много чего может наговорить… Сходят сейчас они до леса этого, разберутся, объяснят, что к чему, и вернутся с Элом.
    – Хорошо бы… Я к себе, – указала она наверх.
    Брайдж кивнула. В дверь снова постучались. Сун остановилась, занеся ногу над ступенькой.
    Женщина поспешила открыть дверь. На улице перед ней стояли Рукар, её муж и пятеро эльфов, окружившие мужчин.